ВАНЕЧКА
Мальчик Ваня был подкидышем. Ему не «повезло», как например, «отказничкам», у которых, хоть и несколько мифическое, но всё же представление о том, кто привёл их на свет Божий имелось в виде имени напротив графы «мать».
У мальчика Вани ничего этого не было. Он был никто и ниоткуда. Руки, оставившие его возле собачьей будки, сняв с обитающего там кобеля цепь, «заботливо» обвили ее вокруг младенца, (с какой целью это было сделано, загадка, потому что вряд ли новорождённый ребёнок смог бы убежать. Ему и фамилию после дали соответствующую - Зацепин). Старый пёс, несмотря на весенние заморозки всю ночь пролежал возле ребёнка, согревая его своим дряхлеющим телом, покуда их и обнаружил утром в таком положении Степаныч, сторож комбината, куда и подбросили Ванечку. Удивительно, но ребёнок не плакал, то ли сил на это у него уже не было, то ли ему была безразлична его дальнейшая судьба.
Не плакал он и после. Был молчаливым, дружбы ни с кем не водил. Во всех трёх детских домах, где периодически пребывал Ваня, все воспитатели говорили одно и то же: странный мальчик.
Вот и в этом детдоме пятилетний Ваня держался от всех подальше. На территории, возле забора из палок и старой ветоши, выклянченной у кастелянши он соорудил себе что-то наподобие шалаша, в котором и проводил своё свободное время. Остальные дети парами или группками резвятся во дворе, он же напихает в карманы недоеденный за обедом хлеб, прихватит под мышку книжонку с красочными картинками и ну в свой шалаш. Сидит там, поведывая кому-то придуманные истории из книжных картинок. Кому он всё это рассказывал? Непонятно. Не шалит, да и ладно.
Все воспитанники знали, если вдруг наведались посторонние тётя с дядей, значит будут кого-то выбирать. И нужно непременно попасться им на глаза, чтоб заметили. И что-нибудь интересное рассказать или хотя бы сочинить, ну чтобы оценили.
Мальчик Ваня не умел всего этого. Каждый раз, когда какого-нибудь очередного его товарища уводили за руку за кованые ворота такие вот тётя с дядей, он с придыханием, почти благоговением смотрел из окошка на эту сцену, потом, вздохнув, отходил и продолжал рисовать. Изображал он всегда одно и то же: зелёный луг, вдалеке виднеется река, по дороге к которой идёт высокий мужчина, держа за руку мальчишку, а впереди несётся лохматая весёлая собака.
Эту пару Ванечка уже видел здесь. Ещё тогда, засмотревшись на изящную легкую «фею» в каком-то совершенно удивительном абрикосовом платье и высокого сильного мужчину рядом с ней он подумал, что они похожи на богов, как из той книжки с картинками. Вот и сегодня сквозь стеклянную дверь он заметил, как они поднялись куда-то на второй этаж.
— Ванечка, пойдём со мной, - мальчик покорно вложил свою руку в руку воспитательницы Тамары Викторовны, и она повела его по длинному коридору в кабинет директора.
— Ну вот, это и есть наш Ваня Зацепин, - директор Всеволод Афанасьевич, приобняв мальчишку за плечи, подвёл его к высокому мужчине и фее, находившимся здесь.
— Ванечка, я и моя жена Лиза хотим усыновить тебя. Ты согласился бы жить с нами? - спросил мужчина, присев перед мальчишкой на корточки.
У Вани от неожиданности перехватило дыхание, он не верил свои ушам: его хотят взять жить к себе в дом боги! Его!!! И директор, и воспитательница до этой секунды даже не подозревали, что оказывается Ваня Зацепин умеет улыбаться. Да как! Только улыбка, внезапно появившаяся на лице мальчика, так же внезапно исчезла.
— Нет, - тихо прошептал он. — Я не хочу к вам.
Воспитательница и директор непонимающе переглянулись, после осторожно взглянув на растерянных визитёров.
— Можно, я уже пойду? - обратился Ваня к Тамаре Викторовне.
— Ванечка, почему ты отказываешься? Эти люди хотят, чтобы ты был их сыном, понимаешь? У них нет своих детей. Знаешь, как бы они любили тебя, - уговаривала его воспитательница.
— Я знаю, но все равно не хочу, - тихо, но твёрдо проговорил Ваня и, не поднимая головы, буквально выбежал из кабинета.
Мужчина и женщина вышли во двор детского дома.
