Никогда я не была симпатичной,
Стройной тоже никогда не была,
Оттого-то и в моей жизни личной
Невеселые творились дела.
За подругами бежала удача,
А меня как встретит, сразу же прочь,
Это счас я, вспоминая, не плачу,
А тогда ревела каждую ночь.
Перед зеркалом щипала я брови,
Удлиняла стрелкой линию глаз.
Мое сердце распирали любови,
Безответные притом каждый раз.
А подруги, собираясь на танцы,
Так решали мой вопрос непростой:
– Зря ты плачешь! Все ребята – засранцы!
А характер у тебя золотой!
Про характер-то понятно, конечно,
Только толку что-то нет от него.
Так проплакала я возраст свой нежный,
Ну а дальше было много всего.
Все рассказывать – и года не хватит,
Да зачем напрасно душу терзать?
Только вспомнила я все это кстати,
Чтобы вот вам что сейчас рассказать.
Как-то раз один мужчина приличный
В самолете со мной рядом сидел,
И назвал меня такой симпатичной,
И загадочно вдруг так поглядел!
От смущенья я закашлялась даже,
Хорошо, была в стакане вода.
И ответила с улыбкой, что раньше
Симпатичной не была никогда.
И в ответ он улыбнулся мне тоже
И сказал, прикрыв газетой кольцо:
– Вы – смешная, но с годами, похоже,
У вас вышла вся душа на лицо.
Тут я вспомнила о муже, о маме
И решила, начиная дремать,
Что засранцы начинают с годами
В этой жизни кое-что понимать!
Лариса Рубальская
