Я застрял в нью-йоркской пробке с автобусом, набитым уставшими и раздраженными пассажирами. Мужчины рычали друг на друга,никто не уступил место беременной женщине, в воздухе висела напряжённость.
На Седьмой авеню водитель сделал объявление «Друзья! Я знаю, что у всех нас был трудный день. Я не могу ничего сделать с погодой и пробками. Но кое-что я могу. Предлагаю каждому выходить через переднюю дверь. Я протяну руку. Как пойдете мимо, положите в нее заботы и расстройства, ладно? Я поеду через Гудзон и скину все это добро прямо в воду. Пойдет?» Пассажиры засмеялись. Их лица прояснились. Эти люди делали вид, что не видят своих соседей, а теперь стали заглядывать им в глаза — «он что, серьезно?».
А он говорил серьезно.
На следующей остановке водитель просунул руку в окошечко для билетов и ждал. Один за одним пассажиры вышли через переднюю дверь и сделали вид, что положили что-то ему в ладонь. Кто-то засмеялся, кто-то заплакал, но каждый дотронулся до руки водителя. На следующей остановке водитель снова протянул руку. И так было на каждой вплоть до самой реки.
Бывают отвратительные дни. Иногда такие дни тянутся по несколько лет. Вы пытаетесь изменить ситуацию, но ничего не выходит. Вы теряете работу, деньги, друзей, веру и любовь.
Вы смотрите на ужасные события в новостях. Вам страшно. Вы закрываетесь на все пуговицы.
Иногда на всех нас опускается темнота. Вам нужен свет, но вы не можете найти его. Но что, если вы и есть свет?
Что, если вы можете стать источником света? Как водитель того самого автобуса, который не был известным человеком или духовным учителем. Обычный работник сферы услуг, но сила в обычном человеке огромная и он сумел направить ее в помощь всем нам.
Я не могу остановить глобальное потепление, прекратить войны.
Но я могу повлиять на тех, кого встречаю, даже если мы незнакомы.
Мое поведение имеет значение, потому что я живу не на необитаемом острове. Печали и страхи заразны, но также заразны любовь, терпение и щедрость. Более того, я думаю, что это единственный способ освещения мира одна остановка за другой, вплоть до самой реки.
Лиз Гилберт
