Однажды, будучи камер-юнкером, Пушкин пришел к одному знатному господину, который, лежа на диване, скучающе зевал и даже не удосужился встать при появлении молодого поэта.
Пушкин передал необходимое и хотел уйти, но хозяин потребовал от него экспромт.
Сквозь сжатые зубы Пушкин произнес:
Дети на полу – умный на диване.
Господин остался недоволен:
Что в этом острого? Дети на полу, умный на диване... Ничего не понимаю. Я ждал большего.
Поэт промолчал, а господин, повторяя фразу, наконец понял:
Детина полуумный на диване.
Осознав смысл сказанного, он в гневе выставил Пушкина за дверь.
— ай да Пушкин!
