ПОДРУГА
MAX ·
«Папа, ты сказал, что час твоего времени стоит десять тысяч. Я собрала. Можно ты придёшь сегодня на выставку? С шести до семи. Я буду ждать у своей картины».
Ниже Соня нарисовала план школьного коридора. Чтобы он не заблудился.
Игорь вспомнил воскресенье.
Она позвонила, когда он смотрел смету. Начала рассказывать про выставку, потом спросила, неужели он даже на час не может приехать.
— У меня час десять тысяч стоит, Соня. Вы этого вообще не понимаете?
Он забыл эти слова сразу.
Она — нет.
— Деньги она давно копила, — сказала Галина Петровна. — На планшет для рисования. Я ей предлагала просто подарить. Не взяла. Приходила по субботам, помогала, мы чай пили. Хорошая у вас девочка.
Он посмотрел на часы. Без двадцати семь.
Школа была на другом конце района.
— Там ещё открыто?
— Не знаю. Она мне час назад звонила. Просила узнать, не потеряли ли вы конверт.
Игорь впервые за много лет выбежал из кабинета, оставив документы на столе.
В школе уже снимали со стен таблички. Возле гардероба Соня застёгивала куртку. Мать стояла рядом с большой папкой.
Увидев отца, девочка сначала улыбнулась.
Потом посмотрела на его пустые руки.
— Ты прочитал?
— Прочитал.
— Уже всё закрывают.
В её голосе не было упрёка. Она просто объясняла, почему он опоздал.
От этого стало хуже.
— Соня, я…
Он достал конверт.
Дочь отступила.
— Не надо возвращать. Ты же приехал.
Игорь присел перед ней на корточки. В школьном коридоре, возле мокрых следов от ботинок.
— Я не должен был брать деньги. Ни за час. Ни за минуту. Ты ничего мне не должна за то, что я твой папа.
Она смотрела внимательно, будто пыталась понять, где в этих словах условие.
— А почему тогда не приходишь?
Он мог сказать про работу, пробки, трудный развод. Всё это вдруг показалось постыдно маленьким.
— Потому что я привык считать, что ты подождёшь. И поступал с тобой очень плохо. Прости меня.
Соня не бросилась ему на шею.
Попросила у матери папку, раскрыла её на скамейке.
На рисунке были три стула у моря. На двух сидели они с мамой. Третий был пустой.
— Это не про то, чтобы вы опять поженились, — быстро сказала она. — Просто я хотела, чтобы ты тоже когда-нибудь с нами посидел.
Он долго смотрел на свободный стул.
На следующую встречу Соня согласилась не сразу. Сначала спросила:
— А если у тебя опять будут люди?
— Я предупрежу их, что занят.
Так и сделал.
Он вернул ей все деньги, поговорил с бывшей женой о расходах, перестал превращать каждый разговор о дочери в продолжение развода. Несколько раз Соня всё ещё переспрашивала утром, точно ли он приедет.
И он приезжал.
К весне они нашли маленькую мастерскую, где по воскресеньям учили рисовать взрослых. Соня занималась рядом, а Игорь мучился над кривой чашкой.
— Пап, у тебя ручка сейчас отвалится, — смеялась она.
— Подскажи, как исправить.
Она подвинула свой стул ближе.
А летом они втроём съездили к морю. Родители давно жили каждый своей жизнью, но один день смогли подарить дочери вместе.
Игорь принёс из кафе три стула.
Соня посмотрела на них, достала карандаш и впервые нарисовала все три занятыми.
