ПОДРУГА
MAX ·
СНИМЕШЬ?
— Только меня не фотографируйте, — сказал мужчина и остался у двери.
В старой фотомастерской пахло картоном, пылью и свежим кофе. Моя подруга Тася настраивала свет, а я помогала разбирать рамки. Мужчину привела дочь — высокая женщина в зелёном пальто. Её звали Оля.
— Пап, мы же договорились.
— Ты фотографируйся. Тебе идёт.
Он снял кепку и принялся мять её в руках. На рукаве куртки виднелась оранжевая полоска: он работал дворником. На улице ещё лежал мокрый ноябрьский снег.
— У нас нет ни одной нормальной фотографии вдвоём, — объяснила Оля. — Мама умерла давно. А папа всегда по другую сторону камеры.
— Потому что так удобнее, — буркнул он.
Из-за ширмы вышла местная кошка Ириска. Обошла штатив, потянулась и улеглась на коробку с фотобумагой. Тася даже не посмотрела: Ириска считала мастерскую своей.
Оля села на табурет. Отец остался у стены и стал поправлять угол фона, хотя никто его не просил.
— Папа, ну пожалуйста.
— Олечка, зачем тебе старик в рабочей куртке? На красивую фотографию надо красиво одеваться.
Я заметила, как Оля отвернулась. Не от злости — чтобы отец не увидел глаза.
Тася выключила большую лампу.
— Знаете, — сказала она, — у нас сегодня аппарат упрямится. Давайте пока чай попьём.
За чаем Оля достала из сумки тонкий альбом. На снимках была девочка: без переднего зуба, с лыжами, с огромным букетом на первом сентября, в выпускном платье.
— Это всё папа снимал. Даже когда работал в две смены, приходил на мои утренники.
— Хорошие кадры, — оживился мужчина. — Вот здесь она боялась выступать. А тут сама себе чёлку отрезала.
Он смеялся, показывая пальцем знакомые лица.
— А вы где? — спросила Тася.
— А я за кадром.
Подруга осторожно перевернула страницу.
— Значит, Оля смотрит на детство, а вас там нет. Хотя вы были на каждом снимке.
Мужчина перестал улыбаться. За окном прошёл трамвай, задребезжали стёкла.
— Я думал, ей важнее праздники запомнить, — тихо сказал он.
— Праздники я помню, — ответила Оля. — А вот как ты выглядел, когда держал меня за руку, — нет. У меня есть фотографии всех, кроме человека, который всегда приходил.
Тася не стала просить его улыбнуться или снять рабочую куртку.
— Давайте иначе. Сядьте рядом и полистайте альбом. Я просто проверю свет.
Он сел. Оля раскрыла страницу с детским рисунком: кривой дом и два человечка под одной крышей. Внизу было выведено: «Мы с папой».
— Ты его сохранила? — удивился он.
— Ты мне сам отдал, когда я переезжала. Сказал: «Это твои документы на счастье».
Он провёл пальцем по надписи. Тася негромко нажала кнопку.
Когда фото появилось на экране, мужчина долго смотрел не на себя — на Олю.
— Она тут прямо маленькая, — сказал он.
— Нет, пап, — ответила дочь. — Это я рядом с тобой опять маленькая.
Он попросил распечатать два экземпляра. Один — дочери. Второй — себе, в рамку, чтобы поставить возле кровати.
А уходя, вдруг задержался у двери:
— Тася, а можно ещё один снимок? Только без альбома. Чтобы мы оба смотрели прямо в объектив.
Ириска в этот момент сбросила с коробки пачку конвертов. Мы все засмеялись.
Получилась фотография, на которой никто не старался выглядеть красивее своей жизни.
🫰🐱❤️
