ПОДРУГА
MAX ·
ПРИЕДЕШЬ?
— Если меня не будет в пятницу, забери Марту, — попросила соседка. — Только Свете не звони.
Тамара Семёновна протянула мне связку ключей. На самом большом висел нелепый брелок в виде клубники. Кошка Марта сидела на подоконнике и сердито смотрела, как мы делим её будущее.
— А что будет в пятницу?
— Операция на глазах. Пустяковая, говорят. Только потом нельзя наклоняться и тяжёлое поднимать.
— А Света?
— У Светы двое детей и работа. Не стану мешать.
Я знала Свету с её шестнадцати лет. Помнила, как она красила волосы над ванной, а мать потом три дня отмывала розовые разводы. Теперь ей было сорок, она жила в другом конце города и, судя по всему, считала маму человеком, который умеет всё.
Моя подруга Лиза как раз зашла ко мне за книгой. Услышав историю, она спросила:
— А кто вас из больницы заберёт?
— Такси вызову.
— А капли кто будет закапывать?
— Сама как-нибудь.
Лиза ничего не сказала. Только посмотрела на листок, приколотый к холодильнику. Там крупно было написано: «Свете не звонить после девяти. Мальчики спят».
Когда соседка ушла в комнату за кормом, Лиза шепнула:
— Она не помощи боится попросить. Она боится услышать «мам, мне некогда».
Я хотела возразить, но вспомнила, как Тамара Семёновна однажды тащила по лестнице тяжёлый пакет, а на моё предложение помочь ответила: «Ничего, мне полезно двигаться».
Марта спрыгнула с подоконника, подошла к Лизе и положила лапу на ключи.
— Видишь? Даже кошка против этого плана, — сказала подруга.
Мы вернулись к соседке.
— Тамара Семёновна, можно я Свете напишу? Не попрошу ничего. Просто сообщу про операцию.
— Она расстроится.
— Возможно. Но разве не ей решать, приезжать или нет?
Соседка долго разглаживала край полотенца. Потом кивнула.
Света перезвонила через три минуты.
— Почему я узнаю об этом от вас?
— Потому что ваша мама старалась вас не тревожить, — ответила я. — А теперь очень боится, что вы рассердитесь.
В трубке стало тихо.
— Передайте, пожалуйста, что я еду.
Света приехала поздно, с мокрыми от дождя волосами и пакетом из аптеки. Долго стояла перед дверью, словно забыла, где звонок.
— Мам, ты правда собиралась ехать одна?
— Ты же работаешь…
— Я отпросилась.
— А дети?
— С папой. Они не потеряются за один вечер.
Тамара Семёновна поправила на столе вазочку, хотя та стояла ровно.
— Я не хотела быть обузой.
Света сняла куртку, села рядом и вдруг заплакала.
— Мам, я столько лет слышу «не надо, я сама». И всё это время думала, что ты мне доверяешь. А выходит, ты даже заболеть при мне боишься.
Мать осторожно погладила её по волосам — так, будто не делала этого очень давно.
— Я просто хотела, чтобы тебе было легче.
— А мне легче, когда ты есть. Не когда ты со всем справляешься.
Марта бесцеремонно втиснулась между ними. Света рассмеялась сквозь слёзы и взяла кошку на руки.
В пятницу они поехали в больницу вместе. А брелок-клубника остался у меня: Света забыла забрать запасной ключ.
Вечером пришло сообщение с фотографией: мать спала в кресле, Марта устроилась у неё на коленях, а на столике стояли капли и стакан воды.
Под фотографией Света написала:
«Она сегодня впервые попросила меня остаться на ночь. Я так рада, что она попросила».
🫰🐱❤️
