— Ты собрал вещи, пока я была на работе?! Возвращаешься к ней?! А как же наш сын, которому всего год?! Ты просто трус, который бегает туда-сюда
— Решил управиться до моего возвращения, пока я торчу на квартальном отчете? Совещание отменили, Паша. Сюрприз.
Павел вздрогнул, выронив из рук темно-синий пуловер, который секунду назад старательно разглаживал на весу. Его спина под тонкой тканью домашней рубашки напряглась, словно он ожидал физического удара. Он медленно обернулся. На его лице застыла нелепая смесь испуга пойманного с поличным школьника и фальшивой, натянутой решимости. На широкой двуспальной кровати лежал раскрытый кожаный чемодан. Половина его была уже аккуратно заполнена стопками безупречно выглаженных рубашек и брюк. На прикроватной тумбочке выстроилась целая шеренга дорогой мужской косметики, готовая перекочевать в несессер. Из соседней комнаты доносилось мерное, ритмичное гудение музыкального мобиля и невнятное лепетание годовалого Тёмы, увлеченно грызущего пластиковый кубик на коврике.
— Катя, я собирался поговорить с тобой вечером, — произнес Павел, старательно придавая своему голосу размеренные, почти сухие корпоративные интонации. Он наклонился, поднял упавший пуловер и начал методично сворачивать его заново. — Я планировал приготовить ужин, посадить тебя за стол и все спокойно объяснить. Без скандалов и взаимных упреков. Мы взрослые люди и должны уметь цивилизованно решать такие вопросы.
— Цивилизованно решать вопросы с собранным чемоданом у порога? — Екатерина не сдвинулась с места, продолжая внимательно изучать мужа. Она не стала снимать бежевое кашемировое пальто, лишь небрежно перекинула ремешок сумки через плечо. — Ты планировал сбежать. Вызвать такси к подъезду, дождаться, пока я начну кормить Тёму кашей, скороговоркой пробормотать дежурные фразы о том, что мы не сошлись характерами, и трусливо исчезнуть в лифте. Не строй из себя благородного рыцаря, Паша. Тебе это совершенно не идет.
— Я не сбегаю! — резко парировал он, бросив свернутый пуловер в чемодан с такой силой, что клапан откинулся назад, ударившись о спинку кровати. — Я принимаю взвешенное, тяжелое мужское решение. Да, я ухожу. Я совершил колоссальную ошибку три года назад, когда поддался эмоциям и разрушил свой первый брак. Я жил в иллюзии, что смогу построить что-то новое, с чистого листа. Но последние полгода ясно показали мне обратное. Я нужен там. Моим старшим детям нужен отец на постоянной основе, а не воскресный аниматор с подарками.
