Гуляли с подругой по Мумбаи пару лет назад и забрели в какой-то тихий и очень подозрительный квартал. Одеты обе были не совсем уж откровенно, но довольно смело (вообще, все, кто бывал в Индии, знают, что любой человек с белой кожей, тем более девушка, вызывает нездоровый интерес). Увязался за нами паренек лет семнадцати, худенький и невзрачный, но не бродяга точно. Одет в рубашку, пиджак словно офисный пижон. Стал пытаться знакомиться. Сперва робко и скромно, потом все смелее и смелее. Дошло до того, что он стал хватать нас за руки, лапать за грудь и попу, а в итоге и угрожать на ломаном английском. После того, как парень отвесил подруге пощечину, ее словно перемкнуло. Она бросилась на него, вцепилась ему в горло и стала душить. Пока они, хрипя, катались по земле, я словила ступор и просто стояла и смотрела, не в силах двинуться с места. Победила, к счастью, подруга. Анька прижала насильника-неудачника к земле, и тот явно стал задыхаться. Я начала отходить от своего замешательства и попыталась ее остановить (хватит, мол, пусти его), но она не слушала меня и сжимала горло, пока тот не перестал подавать признаки жизни. Больше всего меня испугало даже не хладнокровие подруги, но то, что она сделала после. Аня спокойно почти буднично сняла с неподвижного парня запонки, сказав, что это ее трофей. Потом хлестанула меня по щеке, чтобы я немного опомнилась, и мы побежали в отель. С тех пор я даже не знаю, чего боюсь больше: ходить по безлюдным местам или свою подругу, которая иногда носит запонки удушенного насильника на манжетах своих рубашек.
ҀϯⱀѧɯʜӀє џҁϯѳⱀџџ
