13 | Страшные истории
Telegram ·
Санитарка оттолкнула врачей от задыхающейся пациентки-миллионерши. То, что она сделала дальше, заставило главврача побледнеть
Запах в длинном больничном коридоре стоял невероятно тяжёлый, густой и въевшийся в сами облупленные стены этого старого, давно не видевшего ремонта здания. Резкий, бьющий в нос аромат дешёвой хлорки, осыпающаяся зелёная масляная краска, стойкий дух старых медикаментов, застарелой человеческой боли и безысходности — всё это смешалось в один плотный, устойчивый фон, к которому невозможно было привыкнуть до конца. Свет, с трудом пробивавшийся сквозь давно не мытые окна, казался мутным, серым и холодным, добавляя помещению гнетущей мрачности.
Санитарка Евгения Аксёнова, сутулая женщина неопределённого возраста в выцветшем, многократно застиранном синем халате, стояла на коленях возле помятого металлического ведра. Она тщательно, с каким-то отрешённым, методичным упорством оттирала липкое тёмное пятно с протёртого до дыр линолеума у самых дверей перевязочной. Каждый резкий взмах жёсткой тряпки отдавался глухой, ноющей болью в правом плече, но она не жаловалась. В этой маленькой провинциальной больнице жаловаться было просто не принято.
— Ну что, академик в трениках, шваброй не научилась пользоваться до сих пор? — кто-то злорадно и нарочито громко усмехнулся у неё прямо за спиной.
Евгения лишь слегка вздрогнула, но даже не подумала поднять глаза на говорившего. Она лишь крепче сжала губы и продолжила методично тереть въевшееся пятно. По голосу она мгновенно узнала Игнатова, заведующего отделением. Это был неопрятный мужчина с вечно сальными, редкими волосами, небрежно зачёсанными набок. Игнатов подошёл вразвалочку, лениво шаркая подошвами, и остановился почти вплотную к работающей женщине. Белый врачебный халат на нём был откровенно несвежим, ткань изрядно помялась. Прямо под нагрудным карманом отчётливо виднелось расплывчатое жёлтое пятно — то ли от пролитого в спешке кофе, то ли от больничного супа. Его обрюзгшее лицо уже с самого раннего утра казалось подозрительно тёплым от стойкого перегара, глаза блестели маслянисто, а взгляд был ленивым, но при этом откровенно злобным и надменным. В правой руке заведующий небрежно держал помятый пластиковый стаканчик с остывшим недопитым кофе, а в левой сжимал какие-то скомканные медицинские бумаги.
— Ты что тут размазню развела на весь коридор? — сквозь зубы процедил он с кривой, уничижительной усмешкой, глядя на неё сверху вниз. — Позорище, а не работа.
Неожиданный кризис в приёмном отделении
Он продолжал стоять, высокомерно упёршись свободными руками в бока, и с явным презрением смотрел на её склонённую спину, наслаждаясь своей властью. Но именно в этот напряжённый момент со стороны приёмного отделения внезапно раздался нарастающий гул встревоженных голосов, топот бегущих ног и лязг металла. Громко заскрипели, распахиваясь настежь, тяжёлые двустворчатые двери, и кто-то из медицинского персонала с грохотом вкатил реанимационную каталку прямо в коридор.
— Быстрее! Шевелитесь, она задыхается, мы её теряем! — в неподдельной панике крикнул кто-то из бегущих следом врачей.
На узкой каталке отчаянно металась женщина лет сорока. На ней было накинуто невероятно дорогое дизайнерское пальто, небрежно брошенное поверх изысканной шёлковой блузки, которая сейчас сбилась и помялась. Лицо пациентки страшно распухло, налилось багрово-синюшным, пугающим отёком, глаза закатились так, что виднелись лишь белки, а каждое короткое дыхание вырывалось из сдавленного горла с жутким, леденящим душу свистом.
— Она же умрёт прямо здесь! — панически выкрикнул молодой дежурный врач, лицо которого сейчас казалось таким же белым, как и его накрахмаленный халат, а во взгляде читалась абсолютная, парализующая растерянность. — Адреналин уже вкололи! — метнулась к каталке старшая медсестра, судорожно гремя ампулами в металлическом лотке. — Вкололи две минуты назад, но это вообще не помогает! Давление падает! — донёсся дрожащий голос молодого специалиста.
