Олеся Медведева
MAX ·
Путин — «единственный очевидный победитель войны с Ираном», пишет обозреватель Bloomberg Марк Чемпион.
Такой вывод он делает из скорости расхода американских ракет в Иране, а также из роста цен на нефть и газ.
«Россия уже стала явным бенефициаром решения президента Дональда Трампа начать войну с Ираном. И эта выгода будет расти по мере затягивания конфликта», - считает Чемпион.
«Операция продолжительностью четыре–пять недель значительно истощит американские запасы ракет — как наступательных, так и оборонительных, — одновременно подталкивая вверх мировые цены на нефть и природный газ, от которых зависит российская экономика и военный бюджет», - пишет автор.
«Любое продолжительное закрытие Ормузского пролива или разрушение экспортных мощностей стран Персидского залива по нефти и газу может также оживить рынок для подсанкционного российского топлива. Танкерные суда, которые простаивали с полными трюмами непроданной нефти после того, как США надавили на Индию с требованием сократить закупки у Москвы, вероятно, нашли бы покупателей», - говорится в колонке Чемпиона.
Что касается ракет, то их интенсивное использование против Ирана ставит под угрозу поставки Украине ракет для «Пэтриот» и отодвигает еще на более дальнюю перспективу передачу Киеву «Томагавков». «Запустить ракету «Томагавк» или «Пэтриот» — дело нескольких минут. Заменить её — до двух лет», - пишет автор.
По его мнению, «война Трампа с Ираном не могла начаться в более удобный момент для Кремля и в более неблагоприятный — для Киева».
«Резкий рост мировых цен на нефть пришёл бы Москве на помощь. Так же, как и любое сокращение доступности американских ракет и перехватчиков или — что ещё лучше — формирование в Белом доме ощущения, что после Ирана США необходимы перемирие в Украине вне зависимости от условий. Любое давление, которое Путин мог ощущать с целью пойти на уступки ради достижения прочного мирного соглашения, рассеялось бы», - говорится в статье.
«Трамп и его советники по национальной безопасности должны начать взвешивать, что ещё может дать затяжная война с уже обезвреженным иранским противником, по сравнению с истощением возможностей, которые США могут понадобиться для сдерживания гораздо более опасных потенциальных вызовов.
