Мама, если ты хочешь помочь мне - позаботься о себе!
«Да на кой черт мне сдались эти помидоры с грядки!? На кой черт мне эта картошка?! Я могу себе это купить! Она же себя на жаре гробит, а мне потом ее инсультную лечить?!»
Мама пытается любить и заботиться о своем взрослом ребенке, как умеет. В подавляющем большинстве случаев, мама умеет приносить себя в жертву, страдать и умирать. А ребенок должен быть оснащен каким-то волшебным аппаратиком, который конвертировал бы мамино самоуничтожение в то, что ребенку любого возраста нужно на самом деле - в мамину нежность, искренность и психическую стабильность.
Но нет такого аппаратика.
И остается двухсторонняя обида:
С одной стороны, «неблагодарный ребенок» не хочет брать окропленную потом и кровью картошку - и мама банкротится - ее жертва напрасна, все, что она может дать - оказывается ненужным.
С другой стороны, ребенок получает несчастную, изможденную и потрёпанную напрасными подвигами маму, неустроенную, потому, что жила по принципу «все лучшее - детям» и о себе не позаботилась. А теперь ребенку нужно заботиться о своих детях, о себе и о маме.
«Мама, разгрузи меня! Живи счастливо, не переутомляйся, пожалуйста. И скажи, сколько картошки тебе привезти. И, может, бутылочку красного захватить? Посидели бы, отдохнули вместе…»
🖋 Лада Антомонова
