Артур Конан Дойл всерьёз увлёкся спиритизмом в последние десятилетия жизни, посещал сеансы, писал книги о существовании потустороннего мира и публично защищал подлинность фотографий фей, которые впоследствии оказались детской подделкой. Многие бывшие поклонники его рационального Шерлока Холмса были шокированы этим поворотом — как создатель самого логичного сыщика в литературе мог поверить в столь очевидную мистификацию. Сам Дойл объяснял это личной трагедией: смертью сына и брата в Первую мировую войну, после которой он отчаянно искал доказательства, что смерть не окончательна. Разум, породивший метод дедукции, в конце жизни искал утешения там, где логика уже не работала.
«Я так переел Холмса, что чувствую к нему то же, что к паштету из печени» — Артур Конан Дойл
