Куприн после революции эмигрировал во Францию и десятилетиями тосковал по России настолько сильно, что практически перестал писать что-то новое — все его эмигрантские тексты так или иначе возвращались к дореволюционным русским пейзажам и воспоминаниям юности. В конце жизни, уже глубоким стариком, больным и почти ослепшим, он принял решение вернуться в СССР — советские власти организовали ему торжественную встречу и щедро использовали его возвращение в пропагандистских целях. Куприн прожил на родине меньше двух лет и умер в Ленинграде, так и не оправившись от долгой эмиграции. Друзья вспоминали, что до последнего дня он не мог поверить, что действительно снова дома.
«Не бойтесь жизни: она весёлая, занятная, чудная штука» — Александр Куприн
