Тютчев не считал себя профессиональным поэтом и годами не публиковал стихи, храня их в ящике стола или раздавая знакомым в частных письмах. Опубликовать первый сборник его фактически заставили друзья, включая Некрасова, который случайно наткнулся на разрозненные листки со стихами дипломата и был потрясён их силой. Сам Тютчев отнёсся к этому событию равнодушно — для него стихи оставались побочным продуктом дипломатической и светской жизни, а не главным делом. Он писал по-русски куда реже, чем говорил по-французски, и многие свои лучшие строки создавал урывками, между заседаниями и салонными разговорами, будто между делом сочиняя то, что позже назовут вершиной русской лирики.
«Мысль изречённая есть ложь» — Фёдор Тютчев
