Гончаров много лет служил государственным цензором — сам разрешал или запрещал книги других писателей к печати, что создавало ему заметный конфликт интересов, учитывая собственную литературную карьеру. Коллеги нередко упрекали его в том, что он слишком строго относится к текстам молодых авторов, будто ревнуя к их таланту. При этом свой собственный роман «Обломов» он писал больше десяти лет параллельно с этой утомительной службой, урывками, в редкие свободные часы. После публикации романа слово «обломовщина» вошло в русский язык как отдельное понятие — состояние, знакомое, по признанию самого автора, ему самому не понаслышке. «Обломовщина» — так назвали то состояние, которое цензор-писатель годами наблюдал в других и не всегда успешно преодолевал в себе.
