Думаю, что презрительное отношение к "простому народу" стало формироваться как социальное явление (если говорить о советском обществе) уже в 30-е годы, что можно проследить по литературе.
А потом пошло по нарастающей – от тихого пренебрежения до прямых указаний на собственное сословное превосходство. Поначалу снисходительно роняли: "Ну, что ты хочешь, это простой народ", а потом уже откровенно: "Да это же хамы". И едва ли не обязательной становилась насмешливость по отношению к низшему классу.
Зощенко на этом поприще преуспел, как бы борясь с мещанством, а в последние годы советской власти Райкин со Жванецким – искромётно, талантливо и, казалось бы, в рамках осуждения общественных пороков. Так складывался общий неуважительный по отношению к русскому народу тон. Причём хохотали над этими шутками в первую очередь русские люди, не особо задумываясь, что они-то как раз и являются мишенью острот.
К 80-м годам, можно сказать, уже сложился образ русского человека – алкоголика, главное желание которого поскорее нажраться. То, что его руками создавалось богатство и могущество страны, во внимание не принималось.
Владимир Меньшов, "Судьба протягивает руку"
