Мистические истории
MAX ·
Старое зеркало в массивной деревянной раме досталось Марине от бабушки. Оно было тяжелым, с чуть потускневшей амальгамой, и пыль веков будто въелась в резьбу рамы. Марина повесила его в прихожей, напротив входной двери.
Первые дни все было нормально. Потом она стала замечать мелочи.
Выходя из ванной, она мельком ловила в зеркале свое отражение – оно все еще стояло на том же месте, где она была секунду назад, с полотенцем на плече, хотя сама Марина уже повернулась к выходу. "Наверное, игра света", – подумала она.
Но странности нарастали. Однажды, спеша на работу, она резко схватила ключи со столика у зеркала. В отражении ее рука все еще тянулась к ключам, будто с опозданием в полсекунды. Марина замерла. Отражение тоже замерло, но... его глаза были чуть шире открыты, а уголки губ не расслаблены, как у нее, а напряжены в подобии легкой ухмылки.
Она тряхнула головой – отражение повторило движение идеально синхронно. "Показалось", – прошептала она, но холодок пробежал по спине.
Следующие дни Марина старалась не смотреть в зеркало, особенно в спешке или при резких движениях. Но избегать его в прихожей было трудно. И вот, поздно вечером, возвращаясь домой усталая, она толкнула дверь. В темноте прихожей свет уличного фонаря слабо освещал зеркало.
Марина машинально взглянула на свое отражение. Оно было там. Но... не двигалось. Оно просто стояло и смотрело на нее. Сама Марина в этот момент снимала ботинок. В зеркале ее двойник стоял ровно, руки по швам, с тем же странным, чуть напряженным выражением лица, которое она заметила раньше. Ее реальная рука держала ботинок, а отражение было пустым.
Она замерла от ужаса. Отражение не повторило ее неподвижность. Оно медленно, очень медленно, подняло руку и указательным пальцем коснулось собственных губ в жесте "тише".
Марина вскрикнула и шарахнулась назад, ударившись о стену. Свет автоматически включился от хлопка.
В ярко освещенной прихожей зеркало показывало только ее перекошенное страхом лицо и пустую квартиру за спиной. Все было на своих местах. Отражение повторяло ее дрожь идеально.
"Галлюцинация. Недосып. Стресс", – лихорадочно бормотала она, запирая на все замки. Она даже накрыла зеркало старым пледом, но сквозь ткань ей чудилось присутствие.
С тех пор Марина стала другой. Она вздрагивает от каждого шороха в пустой квартире. Она перестала смотреть на любые зеркальные поверхности. А когда она все же невольно ловит свое отражение где-нибудь в витрине или в мониторе выключенного компьютера, ей кажется, что оно мигает чуть позже, чем она сама. Или улыбается, когда у нее на лице – только страх.
Она больше не чувствует себя одной в своей квартире. Особенно в прихожей, где под старым пледом тихо ждет тяжелая деревянная рама. Она боится, что однажды зеркало перестанет просто отставать. Она боится, что однажды оно опередит.
