Мистические истории
MAX ·
Он проснулся от ощущения, что в доме кто-то есть.
Не от звука, не от крика, а от тишины. Такая тишина бывает только тогда, когда её специально выдерживают. Марк замер, прислушиваясь к стуку собственного сердца. Дом был пуст — родители уехали на неделю, оставив его одного.
Он включил свет на тумбочке. Ничего. Только знакомые очертания комода, книжной полки и приоткрытой двери шкафа.
Марк глубоко вздохнул и решил сходить на кухню за водой. Ноги были ватными, а спина ныла от напряжения. Выйдя в коридор, он instinctively щёлкнул выключателем. Свет не загорелся. Лампочка перегорела днём, он просто забыл её заменить.
Он шёл по тёмному коридору, ведя рукой по стене. Его пальцы скользнули по косяку двери в гостиную, и он замер. Комната была погружена во мрак, но посередине, у самого большого окна, стояла фигура.
Высокая, худая, абсолютно неподвижная. Она была тёмным силуэтом на фоне чуть более светлого ночного неба за окном. Она просто стояла и смотрела в окно. Смотрела на спящий город, которого из этой комнаты видно не было — только стена соседнего дома.
Марк не закричал. Горло сжалось в тугой узел, перекрыв воздух. Он не мог пошевелиться, не мог отвести взгляд. Он понимал только одно: это не грабитель. Грабитель не стоит так, без дела, в пустой комнате.
Он медленно, миллиметр за миллиметром, отступил назад, в свою спальню, и запер дверь на ключ. Дрожащими руками он схватил телефон и набрал номер отца. Взгляд прилип к щели под дверью. Там был свет — лунный свет из окна в коридоре.
И этот свет перекрыла тень.
Кто-то встал с другой стороны двери. Молча.
— Пап, — прошептал Марк в трубку, услышав сонный голос отца. — Здесь кто-то есть.
— Кто? Марк? Что случилось? — отец тут же проснулся.
— В гостиной… кто-то стоит. Сейчас за дверью.
Он слышал, как отец что-то говорил маме, потом снова заговорил в трубку, но Марк уже почти не различал слов. Его сознание было приковано к щели под дверью и той неподвижной тени, что отбрасывалась на пол.
Тень не двигалась. Она просто была там.
Внезапно в телефоне что-то щёлкнуло, и голос отца стал отдалённым, прерывивым: «…едем… держ…»
Связь прервалась. Индикатор заряда показывал ноль. Телефон умер.
Марк остался в полной тишине, один, с незнакомцем за дверью.
Прошли часы. А может минуты. Он сидел, прижавшись спиной к стене, и смотрел на дверь. Тень не двигалась. Не было ни звука, ни попытки войти. Просто присутствие.
Под утро, когда за окном посветлело, тень исчезла. Свет из-под двери снова стал ровным и непрерывным.
Марк не решался выйти. Он просидел так до самого утра, пока за окном не послышались звуки машин и голоса прохожих. Обыденность звуков придала ему смелости.
Он медленно отодвинул засов и открыл дверь.
Коридор был пуст. Гостиная — пуста. В доме никого не было. Он проверил все комнаты, все шкафы. Все замки на входной двери были заперты изнутри.
Он уже почти убедил себя, что всё это был сон, кошмар, когда зашёл в гостиную и взглянул на то самое окно.
На подоконнике лежала небольшая, идеально круговая куча песка. Серого, мелкого, как пыль, песка. Такого песка не было ни во дворе, ни в радиусе нескольких километров от их дома. Он тронул его пальцем — песок был холодным и влажным, словно его только что принесли с ночной улицы.
С тех пор прошло пять лет. Ничего подобного больше не повторялось. Родители считают, что ему всё приснилось. Иногда и он сам так думает.
Но до сих пор, каждую ночь, перед тем как лечь спать, Марк проверяет не замки и не закрытые ли окна.
Он проверяет подоконники.
На всякий случай.
