Хотя мысль о полноценной карьере в кино не приходила Шетти в голову вплоть до позднего подросткового возраста, актерская игра всегда приносила ей огромную радость. В старших классах она увлеклась театром и с удовольствием выступала на сцене. «Но я ненавидела все, что с этим связано», — быстро добавляет она вполголоса. Несмотря на многочисленные встречи с Шекспиром в те годы, произведения барда так и не произвели на нее впечатления. «Язык всегда казался мне очень далеким, и я так и не смогла проникнуться им, — признается она. — Но меня всегда завораживал сам процесс актерской игры, независимо от того, что именно я играла».
Получив гуманитарное образование в Нью-Йорке с упором на кинопроизводство, она вернулась в Мумбаи, чтобы в возрасте 23 лет дебютировать на большом экране в фильме Нихила Адвани «Герой» (2015). Ремейк одноименного фильма Субхаша Гая 1983 года подарил нам вирусный заглавный трек и многообещающую молодую актрису в лице Шетти. Но в отличие от многих своих современниц, Шетти после выхода фильма на экраны не стала звездой в одночасье.
Оглядываясь назад, Шетти говорит: «Я совершила много ошибок. В те первые несколько лет я от многого отказывалась, и теперь я задаюсь вопросом, что мной двигало». Она предполагает, что свою роль сыграл страх неудачи, а также присущая только ей потребность в перфекционизме. «Я очень многого жду от себя». Каким бы ни был результат — хорошим, плохим или ужасным, — Шетти не склонна его романтизировать. «Я не буду делать ничего, что не кажется мне правильным», — твердо заявляет она. «Хотя это и была моя личная позиция, я не думаю, что это всегда хорошо, потому что иногда в жизни нужно рисковать. Но при этом я ни о чем не жалею. Отказываясь от чего-то, я в долгосрочной перспективе говорила «да» только своему счастью, здравомыслию и душевному спокойствию».
За те годы, что Шетти не появлялась на большом экране (ее последним проектом стала роль в фильме 2019 года «Motichoor Chaknachoor» с Навазуддином Сиддикуи), она наконец снова начала смотреть фильмы — не как творческая личность, а как зритель. Эта отстраненность только обострила ее восприятие своего места в индустрии и ожиданий от нее. «В ближайшие годы у меня будет только один девиз: я не хочу делать то, что меня не вдохновляет». Я действительно хочу вернуться в кино, но в то же время это должен быть проект, ради которого я буду просыпаться по утрам и с радостью идти на работу». Будучи человеком, который терпеть не может, когда его загоняют в рамки, Шетти откровенно признается, что у нее нет роли мечты. Нет у нее и списка режиссеров или коллег, о которых она мечтает. Сегодня все, чего она хочет как творческая личность, — это чтобы ей бросили вызов и дали роль, которая «встряхнет меня и заставит подумать: “Ого, это будет непросто”».
«Я совершила много ошибок. В те первые годы я от многого отказывалась, и теперь я задаюсь вопросом, что мной двигало».
