думаю, это можно сделать, только столкнувшись с ними». Это важное замечание. Знакомство с чем-то полезным возможно только для восприимчивых людей. «Мне не нравится, когда люди закрыты для новых идей. Я думаю, что иногда полезно быть немного открытым, верно? «,- он улыбается.
Эта вдумчивость в отношении того, что должно быть в его жизни, распространяется и на нечто менее осязаемое: на то, что он предпочитает не замечать. По его словам, приватность и молчание — «одни из самых важных вещей для меня, и с возрастом их ценность только возросла». Это едва ли означает, что он прячется от общественности: в конце концов, Кханна удивительно щедро делится тем, что выставляет напоказ, особенно в социальных сетях. Для него разница между тем, чтобы быть на виду, и тем, чтобы быть полностью доступным, огромна. «Я думаю, что делиться можно, но не обязательно делиться всем». Он считает, что есть ценность в том, чтобы сохранить что-то «только для себя».
То, что видит мир, — это «верхушка айсберга, но есть и что-то еще», — настаивает он. «У него все та же ДНК, если это имеет смысл. Это все тот же лед». Никакого скрытого второго «я», просто еще одна часть той же субстанции, просто еще не показавшаяся на поверхности.
Если что-то и уменьшилось с возрастом, так это его стремление производить впечатление. На вопрос о том, чем он стал меньше интересоваться, чтобы впечатлять людей, он ответил с восхитительной прямотой: «Всем». Однако есть исключения. «Я рад, если людей впечатляют такие вещи, как пунктуальность, манеры или этикет. А это, на мой взгляд, редкость». Для Кханны время приобрело почти моральный вес. Пунктуальность — это вежливость. Манеры подчиняются той же логике. И, как выясняется, Ханна понимает, что такое усилия, гораздо лучше, чем можно предположить, судя по его знаменитому непринужденному образу.
Сколько труда стоит за иллюзией, что ничего не было? «Чем старше ты становишься и чем лучше узнаешь себя, тем легче тебе становится с тем, как ты себя преподносишь. Формула проста: знай свои симпатии и антипатии, перестань быть одинаково привлекательным для всех», — отмечает он. То, что со стороны кажется непринужденным, на самом деле может быть результатом многолетней работы над собой.
Мы переходим к другим темам и сталкиваемся с одной из его самых восхитительно неожиданных причуд. «Мне нравится удивлять людей алфавитом НАТО», — говорит Ханна, который жил в Индии, учился и работал в Нью-Йорке, провел некоторое время в Сингапуре и много путешествовал по Америке, Европе и Дальнему Востоку. Альфа, Браво, Чарли, Дельта и так далее: знания, полученные для рутинной работы по передаче данных о бронировании авиабилетов, с радостью используются в развлекательных целях, как только он «чувствует, что кого-то нужно впечатлить». Следующим пунктом в списке идет язык жестов.
Очевидно, что в его жизни еще есть место для нескольких тщательно подобранных трюков для вечеринок.
Один из его любимых чувственных ритуалов разворачивается в странной, застывшей тишине сразу после взлета международного рейса: табло с пристегнутыми ремнями еще светится, салон застыл в той особой неподвижности, которая наступает после набора высоты, и все в кои-то веки довольны тем, что просто находятся здесь. Затем из кухни доносится: «Хлопок откупоренной бутылки шампанского». Ничего больше. Просто этот едва уловимый поп-рок. Для меня это так волнительно, потому что все остальное тихо». Почти до абсурда скромное удовольствие, в чем и заключается его очарование. Он одинаково неравнодушен к природе — уединенным отелям, утопающим в зелени, «потрясающему пляжу», морю («Я люблю море») — и к собакам, хотя у него самого нет ни одной, учитывая, что он «постоянно в разъездах» и у него напряженный рабочий график. Однако он находит выход, что характерно для его прагматичной натуры: «Я беру собак напрокат». Друзья и родственники, предположительно, обеспечивают бесперебойную работу цепочки поставок.
