🔥 Рашмика Манданна: «Я из тех, кому больше важны чувства других людей, чем свои собственные».
Рашмика Манданна построила свою карьеру на том, что она «девушка из соседнего дома». Но за ее всеобщей симпатией скрывается человек, изучающий эмоциональную составляющую собственной щедрости.
Есть что-то неуместное в том, как Рашмика Манданна входит в комнату. Большую часть времени, которое я проработал в журналах, я наблюдал за тем, как появляются знаменитости, и каждый раз можно почувствовать, как ионы в воздухе начинают смещаться еще до того, как их увидят. Напряженная атмосфера, ускоряющиеся шаги, разговоры, переходящие в шепот, внимание, прикованное к двери. Знаменитость привносит на съемочную площадку свою особую атмосферу.
Во время фотосессии для обложки в студии Mehboob в Бандре Манданна проходит мимо меня как минимум три раза, прежде чем я успеваю с ней заговорить. Сначала она появляется в наряде от Gucci с головы до ног под парикадом, бросающим вызов законам гравитации, затем с идеально прямыми черными волосами, которые в финальном образе становятся ярко-красными. Каждый образ, похоже, призван сделать ее более заметной, чем ей хотелось бы. И все же мой взгляд мягко прикован к ней, только когда она оказывается прямо передо мной.
Манданна умеет быть в центре внимания. Но ей не очень хорошо удается занимать пространство. Дело не в ее физических данных — в жизни она еще миниатюрнее, чем на экране, — а в ее стремлении быть самой любезной в компании. Она действительно передвигается в сопровождении свиты и других атрибутов славы, но с каждым шагом Манданна осознает, что она — звезда для народа. Эта репутация была закреплена за ней Geetha Govindam в 2018 году и стала общеиндийской благодаря Pushpa в 2021 году. Об этом свидетельствуют ее скромная походка и искренняя теплота. В то время как все пытаются сделать ее выдающейся, она, кажется, скорее сжимается, чем раскрывается. Пока стилисты и гримёры суетятся вокруг неё между дублями, она широко улыбается в ответ на каждый мимолетный взгляд, несмотря на то, что явно нервничает из-за этих экспериментальных образов («Я нервничаю в 80 % случаев», — признается она мне позже). Особенно её смущает одна причёска — что-то вроде асимметричного «улья». Она уточняет, что её сомнения связаны не столько с тщеславием, сколько с ожиданиями. «Я чувствую ответственность перед своей аудиторией. Я не хочу казаться не такой, какая я есть, или слишком непохожей на ту, какой они меня знают, и тем самым разочаровать их».
Оказывается, страх разочаровать людей — постоянная проблема актрисы. Из-за этого ей так трудно говорить «нет». Когда мы выходим из студии и направляемся к ее фургону, начинает моросить. Кто-то из ее команды тут же раскрывает над ней зонт. Она притягивает меня к себе, и мы обе внезапно оказываемся под зонтом, как школьники. «Я из тех, кому больше важны чувства других людей, чем свои собственные», — говорит она мне во время разговора. «Я сразу начинаю думать о том, что, если я откажусь, я им понравлюсь, но им будет некомфортно, они будут раздражены». Это объясняет, почему она с радостью прислушивается к фотографу, хотя сама знает, какие ракурсы ей нужны, и предлагает свои идеи только тогда, когда ее об этом просят. Декорации превратились в аниме-воспоминание о Рашмике: нарисованные вручную облака, населенные крокодилами, фантастические архитектурные пейзажи, переносящие миры ее любимого аниме в индийский визуальный словарь. Эта эстетика ей хорошо знакома, она была частью ее эмоционального воспитания с самого детства. Она открыла для себя Naruto, когда ей было 12 лет, и говорит, что этот сериал научил ее не только тонкостям актерской игры, но и эмпатии и упорству.
