🔥 Болливуд, ботокс и не только: почему индийские знаменитости стремятся к прозрачности в вопросах эстетических процедур.
В Индии Джанви Капур рассказала о своем пути — «умном, консервативном и правильном» — под руководством своей матери Шридеви. Ее сестра Кхуши Капур тоже отметила, что делала операции, хотя обе они критикуют тенденцию в интернете преувеличивать количество и тип перенесенных операций.
Сейчас отношение к пластической хирургии совсем не такое, каким оно было раньше.
Тридцать лет назад доктор Пунам Джавахар Биджлани был одним из немногих индийских пластических хирургов, которые отправились в Бразилию, чтобы пройти обучение у профессора Иво Питанги, отца-основателя современной эстетической пластической хирургии, который, по слухам, работал с лицами Элизабет Тейлор, Софи Лорен и Джины Лоллобриджиды.
Вернувшись в Индию, доктор Пунам обнаружила, что эстетическая пластическая хирургия в стране все еще находится в зачаточном состоянии. Самой распространенной эстетической операцией для актрис в те времена была ринопластика, или «пластика носа». «Кино усиливает выразительность черт лица, и многие пациентки стремились уменьшить выступающий нос. В частности, среди южноиндийских актрис ринопластика становилась все более популярной», — говорит доктор Пунам. Хотя актеры и прибегали к пластической хирургии, это держалось в строжайшем секрете, и эффекта домино не наблюдалось. «Даже если люди могли себе это позволить, они не решались из-за сильного социального осуждения», — отмечает она.
На рубеже тысячелетий, с развитием телевидения и интернета, лишь немногие актрисы открыто рассказывали о своих изменениях. Шилпа Шетти в начале 2000-х говорила о ринопластике, как и Приянка Чопра Джонас. С появлением колонок со сплетнями фотографии покойной Шридеви до и после предполагаемой ринопластики распространялись как достоверный факт.
В 2007 году Ракхи Савант, делая то, что умеет только она — говорить все как есть, — отметила в ток-шоу: «Jo god nahi deta, woh doctor deta hai (Чего не дает бог, то дает доктор)». Это заявление было сделано в то время, когда знаменитости не так открыто говорили о том, что «лежат под ножом», как это тогда стали называть.
К 2010 году все, кто следил за новостями — и сплетнями, выдаваемыми за новости, — привыкли к таким терминам, как «ботокс» и «филлеры». Телевизионные актрисы и актеры тоже начали ложиться под нож. Косметические процедуры, которые когда-то считались чем-то запретным, теперь стали доступны не только знаменитостям и общественным деятелям — они стали частью повседневной жизни.
Но стигматизация, связанная с ними, не исчезла полностью. Беседа актеров Сонам Капур и Дипики Падукон в 2010 году в шоу Koffee With Karan прекрасно отражает настроения того времени. Когда Падукон заметила: «Если бы у нас было отдельное кладбище для актрис...», Капур продолжила, как будто ставя точку в конце шутки: «Мы бы знали, кто что делал, потому что все пластические операции остались бы на виду». Этот смех закрепил отношение того поколения к пластической хирургии.
Примерно в это же время Дубай стал одним из ведущих центров эстетической хирургии, привлекая как пациентов, так и специалистов со всего мира. Доктор Пунам переехала туда более десяти лет назад, как раз в то время, когда индустрия набирала обороты. Это место оказалось идеальным для индийских актеров — не слишком далеко от Индии, но и не слишком близко, чтобы не вызывать подозрений.
Распространение дешевого интернета также способствовало бы популяризации лечения. Если ринопластика, увеличение губ и груди были широко известны, то теперь появились такие процедуры, как удаление щечного жира для более узкого лица и более выраженных скул, увеличение линии подбородка, увеличение подбородка, подтяжка лица, инъекции глутатиона для осветления кожи, блефаропластика для бровей, положительный кантальный наклон для коррекции угла глаз, подтяжка бровей, платизмопластика для шеи, пересадка жировой ткани, бразильская подтяжка ягодиц и операция по созданию двойного
