Михаил Хазин
MAX ·
Колонка от 9 апреля 2026 года.
Напоминать о том, что происходит на мировых рынках по итогам американо-израильской (или, правильнее, сказать израильско-американской?) агрессии против Ирана наверное не надо. Как и о последствиях для рынков. Но какие надо в этой ситуации принимать меры? Вот об этом и говорили на стратегической сессии о развитии топливно-энергетического комплекса, которую провёл глава правительства Михаил Мишустин.
К слову, я довольно много писал о разных последствиях войны. И с интересом обнаружил, что практически всё это было описано во вступительной речи самого Мишустина: «Нарушена работа устоявшихся морских маршрутов. Фактически парализован один из важнейших международных транспортных коридоров в Персидском заливе. В результате с рынка одномоментно выбыло порядка 10% мирового производства жидких углеводородов… Это уже отразилось на ценах. Стоимость нефти выросла на несколько десятков процентов, а газа – ещё более существенно, почти вдвое, как в Азии, так и в Европе По некоторым оценкам, уже остановлено порядка 40% мирового экспорта карбамида – одного из важных удобрений. Цены на отдельных рынках увеличились более чем в полтора раза. Также на регион конфликта приходится до половины глобальных поставок серы… Как и гелий, мировое предложение которого уменьшилось почти на треть. А это – медицинские томографы, производство полупроводников, системы искусственного интеллекта и передовые научные исследования. Прервана транспортировка нафты и сжиженного углеводородного газа из арабских стран. Под угрозой производство пластмасс, упаковки, компонентов для машиностроения, электроники, а значит – и рынок товаров массового потребления.»
Иными словами, практически вся система мирового разделения труда рухнула. При этом все попытки остановить конфликт пока не приводят к успеху, всё время какие-то силы срывают соглашения … Собственно, ничего удивительного в этом нет, поскольку политические разногласия очень велики. Поскольку главная экономическая сила последних десятилетий, контролёры Федеральной резервной системы США , существенно ослабла, на первые роли вышло довольно много (не менее десятка) более слабых и разнородных сил, которые активно пытаются упрочить свою позицию на мировой арене. И, независимо от развития событий, России нужно это учитывать.
Поэтому Мишустин продолжает: «Для нашей страны текущая ситуация, если брать исключительно экономические аспекты, открывает новые возможности для улучшения финансового положения экспортно ориентированных отраслей и обеспечения дополнительных доходов бюджета. Мы наблюдаем, как сокращается дисконт на российскую нефть». Но это только потенциальные возможности. А что делать?
И Мишустин продолжает: «Главным приоритетом для нас остаётся защита внутреннего рынка. Нельзя допустить переноса внешнего ценового шока на российских потребителей. Здесь необходимо обеспечить у нас надёжное снабжение, надёжный баланс. Для этого уже созданы определённые механизмы. Действуют, напомню, топливный демпфер и мораторий на его обнуление. Введены временные ограничения на экспорт бензина и минеральных удобрений. Донастраиваются и другие меры регулирования.
Сегодня мы обсудим, какие дополнительные шаги нужны, чтобы обеспечить стабильность внутреннего рынка. Защитить интересы россиян, укрепить возможности нашей энергетики, экономики в целом. Вырабатываемые решения должны быть направлены на устойчивую работу отрасли при любых сценариях. И надеюсь, что сегодняшние дискуссии как раз помогут нам принять взвешенные решения».
Вообще, надо отметить, что сегодняшняя колонка по большей части состоит из цитат Мишустина. По очень простой ситуации: он очень коротко и очень чётко описал сложившуюся тенденцию. Можно было бы сказать это всё своими словами, но зачем? Достаточно того, что все кто их прочитал могут с уверенностью сказать, что абсолютно адекватное понимание момента у нашего правительства есть. Много ли в мире правительств, про которые можно сказать такое же?
