Как-то я была в гостях у одного хорошего знакомого. Сидим на кухне, пьем чай. Я смотрю, а у него на столе стоят пакеты с соком. Ну такие… знаете, где чтобы сок открыть, надо крышечку открутить. Стоят себе и стоят. А потом приглядываюсь, а у них у всех уголочки отрезаны… ну как раньше отрезали. Я говорю: «Вань, ты чего, легких путей не ищешь?» А он грустно так: «Да это бабушка моя…» А потом с надрывом: «Понимаешь?» И я поняла.
Или вот как-то я возвращаюсь со школы, а меня бабушка встречает и сияет аж! Я сразу неладное заподозрила.
А она мне протягивает платье! Вот, говорит, купила тебе подарок. Страшное ситцевое платье в крупный полевой цветочек. Платье-халат, не иначе. Протягивает и сияет. Говорит: «Купила только что у женщины на улице. Тебе очень пойдет!» Я смотрю на нее и нифига не сияю. Только комок в горле стоит. Она не понимает, понимаете? А я поняла…
А еще она очень любила делать нам всем подарки на праздники, но у нее было очень мало своих денег. Поэтому каждый раз она дарила нам щипчики для ногтей. Такие, которые вместе с ногтем сразу первую фалангу откусывают. Тоже покупала их на улице и дарила. У меня миллион таких щипчиков. На миллион фаланг хватит. А сейчас бы она не смогла мне их подарить, потому что на улицах уже давно никто ничем не торгует. И ее тоже давно уже нет… И я поняла, что вот уже 10-й новый год я встречаю без щипчиков под елкой. Только сейчас поняла…
А другая моя бабушка всегда вслух читала мне книги. Мне лет восемь, наверное, уже было… Но не просто читала. Если книга была смешная, то она хохотала до слез. Прямо заливалась ими. А если что-то грустное читала, то обязательно плакала. Сильно плакала. А потом доставала платок и шумно сморкалась в него. Знаете, что она мне читала? «Хижину дяди Тома», например… Или «Кота Ваську» какого-нибудь… До слез смеялась! Над детской книжкой. Старая женщина, которая прожила детство в оккупированной немцами деревне. Мне никогда в жизни не было так интересно. И я до сих пор нюхаю новые книги, прежде чем начать их читать. Они пахнут счастьем. Только сейчас поняла…
А мою прабабушку знаете, как моя мама в детстве называла? Правильно! Смотрела на нее и говорила: «У тебя лицо, как куричья жопка!» Прямо так и говорила. А потом с хохотом и визгом убегала. Не потому что прабабушка хотела ее догнать, нет. Она хохотала вместе с ней, так как была немкой и из всего предложения понимала только «куричья». А еще она всегда была очень занята. Ведь каждое утро она будила внуков ароматом свежей выпечки. Каждое утро! На ее лице был миллион морщин, руки всегда были в муке, а ее одеждой всегда был фартук. Ну и что, что лицо, как куричья жопка. Понимаете?
Моя мама тоже стала бабушкой. Я говорю: «Мама, давай я куплю тебе Гиппенрейтер и ты почитаешь, как надо правильно воспитывать детей ». А она говорит: «Не надо. Хотите воспитывать, воспитывайте. А я буду просто любить Алису».
И я поняла.
