- Я буду помогать. Деньгами.
- Деньгами детей не обнимешь.
- Мам, не начинай.
- Я не начинаю. Я спрашиваю. Ты понимаешь, что они остаются без отца?
- Они не остаются без отца. Я буду приезжать.
- Приезжать. Это не то же самое, что жить рядом.
- Мам, я всё решил.
Он ушёл. Оксана осталась с детьми. Валентина Ивановна помогала ей, как могла. Но через полгода Игорь женился снова. Дина, новая жена, была моложе его, работала в салоне красоты. Валентина Ивановна познакомилась с ней на дне рождения внука. Дина была вежлива, улыбалась, но в её глазах читалась настороженность. Валентина Ивановна не стала ничего говорить. Она просто наблюдала.
Вскоре ей позвонила сестра из другого города. Сестра тяжело заболела и нуждалась в уходе. Валентина Ивановна не раздумывала. Она собрала вещи и уехала. Перед отъездом она позвала Игоря.
- Я уезжаю к сестре. Пробуду столько, сколько потребуется. Присматривай за квартирой.
- Конечно, мам. Не переживай.
- Ключи у тебя есть. Поливай цветы. И не пускай никого постороннего.
- Хорошо.
- Я серьёзно, Игорь. Это мой дом. Я хочу, чтобы здесь всё осталось как есть.
- Мам, я всё понял. Езжай спокойно.
Она уехала. Сестре становилось то лучше, то хуже. Валентина Ивановна продлевала своё пребывание снова и снова. Так прошло полтора года. За это время она звонила сыну, спрашивала про внуков, передавала гостинцы. Игорь отвечал коротко: «Всё нормально, мам. Не волнуйся». Она и не волновалась. Она доверяла сыну.
Когда сестре стало лучше, Валентина Ивановна вернулась. Поезд пришёл рано утром. Она ехала домой с лёгким сердцем, представляя, как откроет дверь, вдохнёт знакомый запах, увидит свои фиалки. Но когда она открыла дверь, то остановилась на пороге.
В коридоре стояли чужие ботинки. Женские, детские. Из кухни доносились голоса. Она прошла вперёд и увидела на своей кухне Оксану. Та сидела за столом и кормила детей кашей. Рядом стояла Дина и варила кофе. Обе обернулись одновременно.
- Валентина Ивановна? — сказала Оксана, и ложка замерла в её руке.
Валентина Ивановна молчала. Она смотрела на них. Потом перевела взгляд на внуков. Мише было десять, Кате шесть. Они выросли за эти полтора года. Они смотрели на неё с недоумением.
- Бабушка? — сказал Миша.
- Здравствуй, — ответила она.
Она прошла в свою комнату и закрыла дверь. Села на кровать. Долго сидела, не снимая пальто. Потом вышла.
- Объясните мне, что здесь происходит.
Оксана и Дина переглянулись. Потом Оксана сказала:
- Игорь оставил нас здесь. Сказал, что так будет лучше.
- Лучше для кого?
- Для детей. У меня не было жилья. Дина тоже не могла снимать.
- А Игорь где?
- Он на вахте. Уехал месяц назад.
- И давно вы здесь живёте?
- Я — год, — сказала Оксана. — Дина — полгода.
Валентина Ивановна села на табурет. В голове было пусто. Она смотрела на двух женщин, которые делили её кухню, и не понимала, как это стало возможным.
- Значит, вы живёте в моей квартире. Обе. С моими внуками. А мой сын где-то на вахте и даже не предупредил меня.
- Он сказал, что вы разрешили, — сказала Дина.
- Я ничего не разрешала. Я уехала к больной сестре. Я не знала, что здесь творится.
Оксана опустила глаза. Дина скрестила руки.
- Куда нам теперь? — спросила Оксана тихо.
- Я не знаю. Но это моя квартира. Я здесь живу.
Она прошла в гостиную. На диване лежали детские вещи. На серванте стояли чужие чашки. Она открыла дверцу — сервиз был сдвинут, одна тарелка стояла отдельно. Валентина Ивановна закрыла дверцу и вышла.
- Где мои вещи?
- Какие? — спросила Дина.
- Мои книги. Мои вещи из серванта.
- Мы всё сложили в кладовку. Чтобы место освободить.
Валентина Ивановна пошла в кладовку. Открыла дверь. Её книги лежали стопкой на полу. Сервиз был завёрнут в газеты. Она стояла и смотрела на это. Потом закрыла дверь и вернулась на кухню.
- Я хочу, чтобы вы понимали. Это не ваша квартира. Это моя квартира. Вы здесь гости. И вы должны были хотя бы спросить.
- Мы не могли спросить, — сказала Дина. — Вас не было.
- У меня есть телефон.
