— Ты ничего не решаешь. Ты просто платишь за сестру и молчишь.
Однажды Ольга решила поговорить с Леной напрямую. Она приехала к ней в субботу утром. Лена открыла дверь — молодая женщина тридцати двух лет, в домашнем халате, с растрёпанными волосами. В квартире было чисто, но чувствовалось, что хозяйка не особо старается: на столе — крошки от печенья, на диване — плед, на полу — детские игрушки.
— Оля? — удивилась Лена. — Ты почему не позвонила?
— Хотела поговорить. Можно?
Лена посторонилась. Они сели на кухне. Ольга не стала ходить вокруг да около.
— Лена, Андрей платит твою ипотеку. Ты понимаешь, что у нас двое детей и своя ипотека? Что у Миши проблемы со здоровьем?
— Понимаю. Но я сейчас не могу платить сама.
— Ты можешь побыстрее найти другую работу? Или сдать комнату. Или продать квартиру и купить поменьше.
— Мама говорит, что продавать нельзя.
— Мы тоже платим ипотеку. И теперь ещё кредит, который Андрей взял для тебя.
Лена молчала. Потом сказала:
— Я не просила его брать кредит. Это его решение.
— Он взял его, потому что ты не платишь. Потому что твоя мама давит на него. Лена, ты взрослый человек. У тебя есть ребёнок. Ты не можешь всю жизнь сидеть на шее брата.
— Я не сижу. Я работаю.
— Ты потеряла работу три месяца назад и не ищешь новую.
Лена вспыхнула:
— Ты не знаешь, как мне тяжело! Я одна, без мужа, с ребёнком. У меня нет времени искать работу. Мне нужно заниматься сыном.
— У меня тоже двое детей. И я работаю. И ещё беру подработку, чтобы закрыть долги, которые появились из-за тебя.
Лена заплакала. Ольга не стала её утешать.
— Я не прошу тебя платить всё сразу, — сказала она. — Но ты должна начать решать свои проблемы сама. Иначе мы все утонем.
Она ушла, не дожидаясь ответа.
Через неделю Ольге позвонили из банка. Андрей просрочил платёж по потребительскому кредиту.
Ольга пошла к Валентине Петровне. Она не стала кричать. Сказала спокойно:
— Валентина Петровна, Андрей больше не может платить. У нас долги. Мише нужно лечение. Если вы не остановите это, мы потеряем всё.
Свекровь посмотрела на неё холодно.
— Лена — его сестра. Он не бросит её. И ты не имеешь права ему запрещать.
— Я его жена. У нас общие дети.
— Это ничего не меняет.
Ольга вернулась домой и сказала Андрею:
— Выбирай. Или ты прекращаешь платить Лене и мы вместе выбираемся из долгов. Или я подаю на развод.
Андрей долго молчал. Потом сказал:
— Я не могу её бросить. Мама права — она пропадёт.
— А мы? Мы не пропадём?
— Оля, я не могу.
Ольга не стала подавать на развод. Она понимала: с двумя детьми и ипотекой она не вытянет одна. Кредит Андрея висел на них обоих. Уходить было некуда.
Они остались жить вместе. Но это была уже не семья. Ольга работала на двух работах, чтобы закрыть долги. Андрей отдавал половину зарплаты Лене и остаток — по кредитам. Дети видели родителей только по вечерам, когда те возвращались уставшие и молчаливые.
Мише пришлось покупать дорогостоящий слуховой аппарат. Ольга собрала деньги с помощью подруги. Андрей не смог помочь.
Лена так и не нашла постоянную работу, ходила на какие-то подработки. Валентина Петровна звонила Андрею каждую неделю и напоминала, что он должен помогать. Андрей слушал и соглашался.
Ольга перестала с ним разговаривать. Они жили в одной квартире, но как соседи. Она готовила еду, укладывала детей, работала. Он платил за квартиру, ходил на работу, молчал.
Однажды Аня спросила:
— Мама, а почему папа с нами не играет?
Ольга присела рядом с дочкой.
— Папа устаёт на работе, солнышко. Он вас любит.
— А почему ты грустная?
— Я не грустная. Я просто думаю.
Аня обняла её. Ольга закрыла глаза и представила, что всё могло быть иначе. Если бы Андрей сказал ей правду сразу. Если бы свекровь не давила. Если бы Лена сама решала свои проблемы. Но ничего не изменилось бы. Андрей всё равно выбрал бы мать и сестру. Потому что так его воспитали.
