— Буду возвращаться, пока не надоест, — Марина отвернулась, глядя на тёмную воду. — Потому что из-за её романа мы потратили лишние деньги и не отдохнули так, как хотели, а планировали это целый год.
***
После возвращения из отпуска отношения между невесткой и свекровью заметно охладились. Галина Степановна, обидевшись на резкость Марины в том телефонном разговоре, перестала звонить так часто, как раньше — раньше она сама интересовалась, как дела у внука, предлагала забрать его на выходные, присылала фотографии с прогулок, а теперь ждала, когда позвонят ей, и звонила разве что по праздникам, коротко и сдержанно.
Марина, со своей стороны, так и не простила сорванный отпуск и начала демонстративно реже приглашать свекровь на семейные посиделки, а если и приглашала, то как бы формально, без искреннего желания видеться.
— Марина, может, позвоним маме, давно не виделись, — предложил Дима как-то в воскресенье, листая старые фотографии на телефоне, где мать с внуком гуляли по парку три лета назад.
— Позвони, если хочешь, — Марина пожала плечами, не отрываясь от телефона. — Я не против, просто сама звонить не буду, пусть первая объявится, если хочет общаться, я к ней бегать не собираюсь.
Дима вздохнул, но промолчал, чувствуя, что ситуация зашла в тупик, из которого не так просто выбраться без уступок с обеих сторон. Галина Степановна продолжала встречаться с Валерием, была, судя по коротким разговорам с сыном, довольна и спокойна, даже поговаривала о том, что они с Валерием подумывают съехаться, но каждый раз, когда речь заходила о внуке или невестке, в её голосе появлялась настороженность — воспоминание о том резком телефонном разговоре так и не забылось, оставив между женщинами холодную дистанцию, которая тянулась ещё долго после того лета, постепенно превращаясь в привычную, но так и не разрешённую обиду с обеих сторон
Автор: Женский журнал Cook-s
