Мать написала первой, спустя месяц молчания. Сообщение было коротким: «Даша, прости, если что не так сказали. Мы переживаем за тебя. Ремонт делать не на что, Кира устроилась на новую работу, но платят мало. Может, всё же поможешь хоть немного?»
Даша долго смотрела на экран. Потом отложила телефон и не ответила — ни в этот день, ни на следующий.
А ещё через месяц в семейном чате появилась фотография: Даша в простом, но элегантном платье, рядом — Виктор Аркадьевич, оба улыбаются, за ними — вид на город с высоты одного из лучших ресторанов столицы. Подпись была короткой: «Мы решили пожениться».
Ответ пришёл почти мгновенно — сначала растерянные смайлики от матери, потом сообщение от отца: «Даша, а кто это? Ты нам не рассказывала…», а следом, спустя пару минут, сообщение от Киры, полное неверия и, кажется, лёгкой зависти: «Погоди, это тот самый Виктор из новостей?! Ты серьёзно?!»
Даша не спешила с ответом. Она сидела у окна своей квартиры, той самой, которую купила сама, своим трудом, без чьей-либо помощи, и думала о том, как странно всё обернулось. О квартире родителей, которую переписали на сестру, чтобы «проще было устроить жизнь». О ремонте, который так и остался несделанным. О словах матери на прощание — что она никогда не найдёт мужа.
Она вспомнила ту фразу, брошенную в сердцах на родительской кухне — про сестру, про квартиру, про ремонт, — и впервые за долгое время улыбнулась без горечи. Не потому, что теперь у неё был обеспеченный жених и повод для триумфа. А потому, что она наконец перестала быть той, кто вечно должен доказывать свою состоятельность через чужие нужды.
Она написала в чат короткое: «Да, это тот самый Виктор. И да, мы вместе, потому что он ценит меня такой, какая я есть.
Отправила и отложила телефон.
За окном загорались вечерние огни города, который она когда-то выбрала сама, и который теперь принадлежал ей по праву — как и вся её жизнь, наконец-то не разделённая между собственным счастьем и чужими долгами.
Автор: Репчатый лук
