Через два дня Наталья увидела, что Андрей ходит с таким лицом, с каким ходят люди, которым что-то нужно сказать и они не знают как.
— Андрюш, говори.
— Мам, ну... Катя расстроена.
— Из-за квартиры?
— Ну, Римма Олеговна с ней поговорила. Говорит, что вы можете помочь, но не хотите.
Наталья посмотрела на сына.
— Она к тебе пришла?
— Ну, позвонила. Говорит — мать-одиночка, всё сама, неужели трудно...
— Андрей. — Она говорила спокойно. — Ты взрослый мужчина. Ты скоро станешь отцом. Я рада помочь вам — и помогаю, как могу. Но квартиру мы не отдадим. Это не обсуждается.
— Мам, ну может, хотя бы временно...
— Андрей. Ты понимаешь, что такое «временно»? Временно — это навсегда. Пропишите ребёнка, и всё — квартира уже не наша по-настоящему.
— Ну мы же семья...
— Семья. Поэтому вы живёте здесь бесплатно, едите за нашим столом, и мы готовы помочь с первым взносом, когда придёт время. Это — наш максимум. Больше нет.
Андрей помолчал. Потом сказал тихо:
— Ладно, мам. Я понял.
— Скажи Кате, что я её люблю. И никуда не гоню. Но квартиру — нет.
***
Катя в тот вечер долго говорила с матерью по телефону. Наталья Сергеевна слышала из коридора — не слова, только интонации. Сначала Катин голос был тихим и примирительным, потом — устало-просящим. Потом разговор закончился.
Катя вышла из комнаты с красными глазами, прошла на кухню налить воды.
— Катюш, — позвала Наталья.
Невестка остановилась.
— Я не против тебя и не против твоей мамы. Она хочет для тебя лучшего — я понимаю это. Но лучшее — это не та квартира. Лучшее — это когда вы с Андреем сами встанете на ноги. Это важнее.
Катя кивнула. Она не плакала — просто смотрела на свекровь с таким видом, как смотрят, когда слышат что-то правильное, но от этого не легче.
— Я понимаю, Наталья Сергеевна.
— Вот и хорошо.
***
Римма приезжать не перестала — но про квартиру больше не заговаривала. Просто молчала с таким видом, что молчание говорило за неё.
Однушка по-прежнему сдавалась. Деньги шли в семейный бюджет — на продукты, на Катины витамины, на детские вещи, которые начали понемногу покупать.
Виктор как-то вечером сказал жене:
— Ты не жалеешь?
— Нет.
— Она всё равно будет думать, что мы жадные.
— Пусть думает, — сказала Наталья. — Мы знаем, что не жадные. Мы просто не глупые.
Виктор кивнул.
За окном был тихий субботний вечер. В соседней комнате разговаривали Андрей с Катей — о чём-то своём, негромко. Скоро в этой квартире станет на одного человека больше.
Наталья думала о том, что не отдала квартиру — и правильно. Что помогает иначе — и это тоже правильно. Что Римма никогда с этим не согласится — и это уже не её задача объяснять.
Каждый помогает как умеет. И каждый имеет право решать, что отдавать, а что беречь.
Автор: Женский журнал Cook-s
