Однажды вечером, когда Оля вернулась с работы усталая, Саша встретил её с неожиданно серьёзным лицом.
— Нам нужно поговорить, — сказал он, усаживая её на диван.
— Что случилось?
— Я устал так жить, Оль. — Он взял её руки в свои, глаза наполнились искренней, как ей казалось, болью. — Я чувствую себя нежеланным гостем в этом доме. Твоя мама смотрит на меня так, будто я что-то у неё украл. Бабушка добрая, но это её территория, не наша. Я хочу свой дом. Хочу, чтобы у нас были дети, а они растут в собственной квартире, а не в гостях у твоих родственников.
Оля почувствовала, как сердце сжимается от жалости к нему.
— Что ты предлагаешь?
— У твоей мамы есть вторая квартира, та, которую она сдаёт. Заставь свою мать квартиру продать и мы в шоколаде — купим двухкомнатную, своё гнёздышко. Будем жить спокойно, без чужих взглядов, без напряжения. Разве мы не заслужили этого?
Оля задумалась. Предложение звучало логично — у мамы действительно была лишняя квартира, доход с которой шёл в копилку «на всякий случай». Почему не использовать эти средства на благо молодой семьи?
На следующий день она пришла к матери с этим разговором.
— Мама, может, ты подумаешь насчёт квартиры? Той, что сдаёшь. Мы с Сашей хотим своё жильё, для детей в будущем.
Ирина Сергеевна отложила вилку, посмотрела на дочь долгим, внимательным взглядом.
— Оля, ты понимаешь, что если квартира будет куплена в браке, то по закону она станет совместной собственностью? И в случае развода твой муж получит на неё право?
— Мама, при чём тут развод?! Мы только женились!
— Именно поэтому я и говорю это сейчас, пока не поздно. Твой Саша это прекрасно понимает — поверь мне. Молодые мужчины редко предлагают продать чужую квартиру из чистого альтруизма.
— Ты опять про него плохо думаешь! Он хочет, чтобы у нас была своя семья, свой дом! Это нормальное желание!
— Нормальное желание иметь свой дом — да. Но кто будет платить ипотеку за эту двухкомнатную? Ты работаешь, получаешь хорошо. А он? У него есть стабильный доход?
Оля промолчала. Она знала ответ, но не хотела его произносить вслух.
— Вот видишь, — мягко продолжала мать. — Ипотеку будешь платить ты. Квартира будет записана на двоих. И если что-то пойдёт не так, ты потеряешь половину того, что заработала своим трудом.
— Ты жадная, мама! — выкрикнула Оля, не сдержавшись. — Тебе важнее твои квадратные метры, чем моё счастье!
Слова прозвучали жестоко, и сама Оля почувствовала, как они обжигают воздух между ней и матерью. Ирина Сергеевна побледнела, но не ответила тем же тоном.
— Я хочу, чтобы ты была счастлива, доченька. Именно поэтому я и говорю это. Не потому что жалею денег.
Но Оля, ослеплённая любовью и обидой, не слышала мать. Она хлопнула дверью и ушла, твёрдо решив, что та просто не понимает её чувств, не хочет видеть в Саше достойного человека.
Саша встретил её с тревогой в глазах.
— Ну что, поговорила?
— Мама против, — выдохнула Оля, садясь на стул. — Говорит, что в случае развода ты получишь половину квартиры.
Саша закатил глаза, изобразил искреннее возмущение.
— Серьёзно? Она думает, что я женился на тебе из-за квартиры?! Оль, это обидно. Я думал, твоя мама хоть немного мне доверяет после всего этого времени.
— Я знаю, знаю, — Оля бросилась его утешать, чувствуя вину за слова матери. — Она просто… не понимает наших чувств.
— Может, дело не в чувствах, а в том, что я недостаточно хорош для её дочери? — Саша опустил голову, изображая обиду. — Я понимаю, я не богат, не из тех мальчиков, которых она хотела тебе в мужья. Но я люблю тебя, Оль. Разве этого мало?
Этот разговор повторялся снова и снова, в разных вариациях, но с одним и тем же финалом: Оля чувствовала себя виноватой за нерешительность матери, а Саша играл роль обиженного, недооценённого мужа, готового терпеть бесконечно, лишь бы доказать свою любовь.
