Денис не сразу понял. Смотрел на бумаги долго — будто ждал, что они скажут что-то другое.
— Маш. — Он поднял на неё глаза. — После всего, что... я же был рядом. Я же...
— Ты был рядом, — сказала она. — Я знаю. Ты очень хорошо за мной ухаживал.
— Тогда почему?
Маша смотрела на него. Думала о том, как объяснить то, что, в общем, очень просто — но только если посмотреть с её стороны, а не с его.
— Потому что ты был рядом, пока я болела, — сказала она наконец. — А потом, когда я выздоровеею всё снова будет, как раньше.
— Я могу измениться.
— Денис. — Голос у неё был мягкий. Ей не хотелось причинять ему боль. — Ты говоришь это искренне. Я верю. Но ты не изменишься. Не потому что плохой. А потому что это сильнее тебя. И сильнее нас.
Он молчал. Смотрел в стол.
— Я просила тебя купить таблеток, — продолжала она. — Обычных таблеток от температуры. Ты поехал к матери. Это не первый раз и не второй. Когда-нибудь это должно было стать последним.
Они долго молчали. За окном шли люди, ехали машины, жил город — обычный, равнодушный, не знающий ни о каких таблетках и ни о какой температуре.
— Ты снова помчишься к своей маме, когда я прошу тебя съездить в аптеку, — сказала Маша тихо, почти себе. — Я тогда сказала это от злости. Но это правда.
Денис не ответил.
Она не знала, что будет дальше. Не думала пока. Было много всего: жильё, вещи, документы, разговоры, которых она не хотела, но которые будут. Было одиноко — это она признавала себе честно. Было страшно немного. Было жаль чего-то, что пять лет назад казалось очень настоящим и, в общем, было настоящим — просто оказалось недостаточно прочным.
Но когда Денис ушёл и она осталась в тихой квартире одна, Маша поняла, что внутри у неё что-то выровнялось. Как успокаивается воздух, когда закрываешь окно, которое давно надо было закрыть.
Она заварила чай. Открыла ноутбук. За окном смеркалось — долго, по-летнему, нехотя.
Маша работала до ночи. Не думала ни о чём лишнем. Надо было навёрстывать упущенное.
Автор: Репчатый лук
