пеленать детей.
Лицо Бориса стало жестким, скулы напряглись, выдавая нарастающее раздражение от того, что его идеальная логика подвергается столь детальному разбору.
— Только не делай из себя святую великомученицу, добровольно принесенную в жертву моим карьерным амбициям, — он жестко усмехнулся, поставив бокал на стол с глухим, резким стуком. — Ты с превеликим удовольствием летала со мной на Мальдивы, Сейшелы и в Эмираты бизнес-классом. Ты с нескрываемым упоением тратила мои деньги на брендовые сумки из последних коллекций, премиальные спа-салоны и дорогостоящих косметологов. Тебя абсолютно устраивала и даже радовала жизнь свободной, обеспеченной женщины без растяжек на животе и вечно орущего младенца на руках. Ты наслаждалась этим эксклюзивным комфортом, Лариса. Ты потребляла блага, которые я создавал круглосуточным трудом, ни в чем себе не отказывая. А теперь ты пытаешься вывернуть ситуацию так, будто я годами держал тебя в заложниках и запрещал беременеть. Ты сама сделала осознанный выбор в пользу роскоши, свободы и личного спокойствия.
Лариса медленно выпрямилась. В ее тоне появился металлический, режущий слух лязг. Она посмотрела на дорогие абстрактные картины, украшавшие идеально ровные стены — безликие, холодные пятна краски, купленные на модной выставке исключительно ради престижа.
— Я делала выбор в пользу тебя и твоих бесконечных условий, Борис. Я инвестировала каждую минуту своего времени в создание твоего безупречного тыла, — ее слова падали тяжело и неотвратимо, как монолитные блоки. — Я организовывала идеальные приемы для твоих сложных партнеров, я выслушивала твои параноидальные жалобы на конкурентов до трех часов ночи. Я была удобной, понимающей, бесконечно терпеливой женой, которая покорно ждет своего часа. Ты покупал мое ожидание очередным дорогим курортом или ювелирным украшением, глядя мне в глаза и уверяя, что вот после этого квартального отчета мы точно займемся планированием семьи. Ты цинично, с полным осознанием дела оттягивал время, прекрасно зная, что женские биологические часы не останавливаются ни на секунду.
— В большом бизнесе это называется грамотной минимизацией рисков и эффективным управлением активами, — ровным, ледяным тоном ответил муж, смахнув невидимую пылинку с рукава своей дорогой кашемировой водолазки. — Пока ты была молода, красива и энергична, ты идеально подходила на роль презентабельной жены амбициозного руководителя. Мы были отличной, слаженной командой, я этого не скрываю и не отрицаю. Но время идет, вводные данные меняются. Сейчас мне нужен наследник для передачи империи. И, глядя на ситуацию предельно объективно, ты для этой конкретной цели больше не годишься. Твоя биологическая ценность упала до нуля, Лариса. Ты стала неликвидным активом. Ты можешь сколько угодно препарировать наше прошлое и подсчитывать свои мнимые обиды, но это не изменит одного базового, железобетонного факта: ты проиграла гонку со временем. Лера моложе, Лера здоровее, Лера обладает нужным ресурсом и уже носит моего сына. А ты пытаешься оперировать эмоциями десятилетней давности, которые в текущей реальности не стоят абсолютно ничего.
— Раз уж мы окончательно закрыли физиологические аспекты и перешли на язык сухого расчета, предлагаю не откладывать в долгий ящик имущественный вопрос, — Борис сложил руки на столе, сцепив пальцы в крепкий замок. В его голосе зазвучали жесткие, безапелляционные нотки опытного переговорщика, привыкшего продавливать самые невыгодные для оппонента условия. — Эта квартира идеально подходит для проживания с младенцем. Здесь двести квадратных метров, грамотно зонированное пространство, готовая свободная комната под детскую, рядом престижная частная клиника для наблюдения за беременностью. Перевозить Леру в другое место на фоне ее токсикоза — это неоправданный риск для плода. Нам с наследником нужна именно эта база. Тебе одной такие колоссальные площади объективно ни к чему. Я переведу на твой счет пять миллионов отступных. Этого вполне хватит на приличную однокомнатную
