Воевода Иван Нагой: человек, заложивший Уфу
Ранней весной 1574 года к крутому мысу у слияния рек Белой и Сутолоки причалили тяжелые, груженые припасами струги московских стрельцов. На носу головного судна, вглядываясь в бесконечную тайгу, стоял воевода Иван Григорьевич Нагой. За его плечами остался суровый опыт Ливонской войны, но государев указ Ивана Грозного требовал совершенно иного подвига — основать пограничный опорный пункт на новых южных рубежах царства.
Высадившись на берег на Троицком холме в день Святой Троицы, стрельцы под руководством Нагого совершили важный ритуал. На месте будущего города они всего за одни сутки («в един день») срубили из вековых дубовых бревен небольшую Троицкую церковь. Этот скромный сруб стал первым зданием Уфы, определившим ее духовный центр на века. Вокруг него стрельцы начали спешно возводить стены оборонительного острога — Уфимского кремля.
Сам Иван Нагой был не просто служилым военачальником, а принадлежал к высшей знати и приходился близким родственником Марии Нагой — будущей седьмой жене Ивана Грозного. Всего через семь лет после основания Уфы воевода удостоился чести пировать на их царской свадьбе, сидя за почетным «кривым столом» прямо напротив братьев невесты. Экспедиция Нагого дала мощный толчок формированию служилого уральского казачества, а дата уфимского похода позже чеканилась на знаках Оренбургского казачьего войска как год его зарождения.
Однако судьба основателя Уфы сложилась трагически. После загадочной гибели малолетнего царевича Дмитрия в Угличе весь род Нагих попал в жестокую опалу при Борисе Годунове. Ивана Григорьевича отправили в ссылку строить города в суровой Сибири. Истосковавшись по столице, в 1600 году престарелый воевода решился на отчаянный шаг: самовольно бросил службу и тайно бежал в Москву. Его поймали в Казани, лишили чинов и сослали доживать век в глухую родовую вотчину. Забытый правителями, бывалый воин так и не увидел, как заложенный им в уральской глуши дубовый сруб положил начало миллионной красавице-Уфе.
