— Фамилия, имя. Отчество, если есть, — негромко прохрипел старик, глядя на молодого человека в изодранной одежде и со множеством кровоподтёков.
— Журавль Дмитрий Олегович.
— Журавль, значит, — погладил старик длинную бороду. — Что же ты не взлетел, когда в обрыв сиганул? — старик говорил медленно, от его сиплого голоса клонило в сон.
— Это, по-вашему, смешно?
— Хм. Не знаю, кроме тебя здесь никого, вот ты мне и скажи: смешно?
— Не очень.
— Знаешь, я, между прочим, редко шучу, возможно, поэтому получается так себе. Люди почему-то никогда не хотят меня слушать, огрызаются или, и того хуже, начинают мне хамить. Можно подумать, что это моя вина, что они попада…
