— Скажи спасибо, что в детдом не сдали, — хмыкнул брат.
— Может и лучше было бы! — выкрикнула Мила в отчаянии.
Брат ничего не ответил. «Ему-то что! У него всё было. Абсолютно нормальное детство, — думала Мила, глядя на Эдика, — Непонятно только почему его не было у меня? В чём моя вина?»
— Мать не расстраивай своими слёзными историями, ушла она, а когда придёт, не знаю, — наконец произнёс брат. — Иди себе лучше, езжай. У тебя теперь своя семья. У нас — своя.
Мила поняла, что нет у неё никакой нигде семьи. Одна на всём белом свете. Хотя она была замужем за хорошим человеком. Но, как оказалось, таким же равнодушным, как и все, кто её окружал. Но этот союз был всё же лучшей альтернативой жизни в семье, в которой её считали чем-то вроде ненужного, всем мешающего недоразумения.
