То что жена его любит и верна ему, Саня знал, на сто процентов, но...
Вот это, но, большое такое жирное, не давало ему покоя.
Жена у Сани была красивая, даже очень.
Он сам себе не верил, что такая красота живёт у него, Сани Иголкина дома, что вот эти глаза смотрят на него, только на него и не просто смотрят, а с любовью.
Эти руки гладят его, Саню, губы целуют только его и всё, всё, всё это его Санино.
Не верит Саня сам себе, вот хоть что ты...
А другие и подавно не верят, даже мать Санина, тётка Прасковья, она тоже не верит.
- На чёрта ты её приволок Сашко? На погибель сабе, али чё? Игде твои глазаньки были, нешто не видал каку жароптицу в дом ташшышь?
-Та мама, ну что вы?
-Та нячё, нячё, Сашко, а погубит она тя, от помяни моё слово, нет мояго матяринскага благославеня, нет, нет и нет!
Жаловалась тётка Прасковья, что не мог Сашко девку из ровных себе взять, лучше бы какую кривую, косую или гулящую, да только не эту.
Говорила, что даже глазам больно, на красоту такую смотреть.
