«Я хотел, чтобы люди перестали принимать решения относительно моего имущества без меня.»
Он ничего не сказал, вышел и закрыл за собой ворота.
Через несколько дней я вызвал слесаря и снова заменил сердцевину замка. За четыре года невозможно было узнать наверняка, не сделали ли ещё копии ключей.
Весной я нашёл жильцов — супружескую пару с ребёнком. Мы подписали стандартный договор аренды, где отдельно прописывались коммунальные платежи и передача ключей.
Андрей с семьёй тоже переехал, только не в мою квартиру. Они нашли жильё подешевле, подальше от центра. Павел помог брату перевезти детский стол и несколько коробок.
Теперь Борис Степанович живёт один. Он по-прежнему считает, что я мог бы «поступить по-семейному», но больше не произносит эту фразу при мне.
А трёхкомнатная квартира осталась ровно там, где всегда и была.
Мы спим в одной комнате, принимаем гостей в другой, а мой письменный стол стоит в третьей.
