Публикация от 20 октября 2026

Денис утробно охнул от резкой боли, его хватка на секунду ослабла. Этого короткого мгновения Наталье хватило, чтобы сбросить его руки со своей одежды и с размаху, наотмашь ударить его ладонью по небритой щеке. Звук пощечины хлестким выстрелом разнесся по просторной гостиной. На лице Дениса моментально проступил яркий, багровый след от ее пальцев. Секунду он стоял ошарашенный, тяжело и со свистом втягивая воздух раздувающимися ноздрями, а затем его сорвало с тормозов окончательно. Свирепо зарычав, он бросился на нее всем своим весом. Денис грубо схватил Наталью за плечи и с неистовой силой швырнул назад. Она не удержалась на ногах, отлетев к массивной стене коридора, и сильно ударилась лопатками и затылком о твердую поверхность дорогих панелей. В глазах на секунду потемнело от удара, но адреналин мгновенно заглушил боль. Денис навис над ней, замахиваясь для нового, более тяжелого удара кулаком, желая физически растоптать, уничтожить источник своего тотального краха. — Ты меня ударил, потому что я сказала правду?! Да, это квартира моя, и я тебя выселяю! Я выхожу замуж за Михаила, он уже перевез мои вещи! А ты, альфонс, собирай свои шмотки и вали к мамочке! Я устала тебя содержать и терпеть твои капризы! А эту квартиру я буду сдавать! — орала жена, отталкивая мужа. Наталья изо всех сил уперлась руками в его грудь, жестко блокируя дальнейшее нападение и отшвыривая его назад. Каждое ее слово било наотмашь, больнее любого физического удара, безжалостно добивая мужское эго Дениса. Осознание того, что ее вещи уже вывезены, что другой мужчина занял его место не только в постели, но и в жизни, а его самого бесцеремонно вышвыривают в нищету, окончательно лишило его рассудка. — Ах ты тварь подзаборная! — взревел он не своим, сорванным голосом, снова бросаясь вперед и пытаясь ухватить ее за горло. — Я убью тебя прямо здесь! Ты не достанешься никому, слышишь?! Я тебя урою, сука богатая! Завязалась грубая, безобразная потасовка. Денис, ослепленный животной яростью и пониманием собственной абсолютной ничтожности, пытался подмять Наталью под себя, нанося беспорядочные, тяжелые удары. Она яростно отбивалась, пуская в ход ногти, каблуки осенних сапог и локти, ни на секунду не сдаваясь под натиском взбесившегося нахлебника. Они тяжело дышали, осыпая друг друга отборными матами и проклятиями, превращая элитную гостиную в арену для грязного, жестокого уличного боя. В пылу этой омерзительной, бесконтрольной драки ни Денис, ни Наталья не услышали, как незапертая входная дверь позади них с резким щелчком распахнулась настежь, впуская в квартиру ледяной сквозняк подъезда и высокую, массивную мужскую фигуру. — Оторвал от нее свои грязные грабли, кусок дерьма, пока я тебе позвоночник в трусы не высыпал! Громоподобный, рычащий бас ударил по барабанным перепонкам, перекрывая звуки возни и сдавленные ругательства. Тяжелая мужская рука в дорогом кашемировом пиджаке мертвой хваткой вцепилась в затылок Дениса, грубо сгребая отросшие, тщательно уложенные волосы. В следующую секунду мощный рывок оторвал обезумевшего мужа от Натальи. Денис, не успев даже пискнуть, взмыл в воздух и с глухим, тяжелым стуком рухнул на паркетную доску в метре от жены, больно ударившись плечом и скулой. Над поверженным альфонсом возвышался Михаил — крупный, широкоплечий мужчина с тяжелым взглядом и квадратной челюстью. От него веяло холодной, расчетливой жестокостью хищника, который зашел на свою территорию и обнаружил там шелудивого пса. Не дав Денису опомниться, Михаил шагнул вперед и с размаху впечатал носок дорогого кожаного ботинка прямо в живот лежащего мужа. Денис хрипло кашлянул, свернувшись на полу уродливым эмбрионом. Вся его спесь, вся животная ярость, с которой он только что кидался на жену, испарилась за долю секунды, сменившись липким, первобытным ужасом. Он судорожно хватал ртом воздух, пуская слюни на дорогой итальянский ковер, и затравленно смотрел снизу вверх на возвышающуюся над ним гору мышц в брендовом костюме.