Я собрала вещи за десять минут, благо у меня там было мало, и уехала к себе. Игорь потом позвонил, сказал, что я “сумасшедшая”, и что «все нормальные невестки слушаются мать». Но я только радовалась, что этот ужин случился через полтора месяца, а не через полтора года.
Самое пугающее здесь — это даже не бестактность матери. Пожилые люди бывают очень разными; иногда это связано с возрастом, иногда — с профессиональной деформацией, как в случае бывшей школьной администрации. По-настоящему пугает поведение Игоря. Тридцатитрехлетний мужчина, который позволяет своей матери требовать у своей женщины справку от гинеколога и говорит: «Просто сделай это, ей станет легче», — это диагноз.
Он так и не отделился от нее. Он не муж и не партнер. Он — продолжение своей матери. В браке с ним твоя жизнь была бы адом: его мать проверяла бы твое белье, говорила бы, как воспитывать твоих детей, и решала бы, куда поехать в отпуск. Ты вышла из этой игры как раз вовремя.
