Истории из жизни
MAX ·
— Какие ещё выводы? — не поняла Марина.
И тут мать произнесла фразу, от которой у дочери перехватило дыхание:
— Если он тебя достаёт, значит, даёшь повод! Прекрати с ним кокетничать, и он отстанет!
В тот момент из глаз Марины хлынули слёзы. Ей было обидно за такие слова матери, и она не выдержала. Она подошла к Диме и попросила:
— Пойдём со мной в полицию. Нужно написать заявление на соседа.
Дмитрий, хоть и удивился, но согласился. Он знал, что сестра не стала бы просить о таком без причины.
После этого Борис исчез на какое-то время. Когда он снова появился, то держался от Марины подальше — не хотел снова попасть в заключение.
Мать тогда долго дулась на дочь и сына. Она перестала с ними разговаривать на целый месяц.
— Вы меня опозорили перед всеми соседями, а себя выставили на посмешище! Зачем надо было писать заявление на соседа? Он что, вам что-то сделал? — кричала она.
— А если бы сделал, ты бы пошла в полицию?! — резко спросила Марина.
Ольга Сергеевна ничего не ответила на выпад дочери. Но Марина и так знала её мысли. В лексиконе матери слово «жертва» не существовало. Было только слово: «сама виновата».
Годы спустя, после рождения племянницы, Марина подошла к невестке и посоветовала:
— Надь, пожалуйста, никогда не оставляй дочь бабушке без присмотра. От неё не дождёшься защиты. Если твою малышку будут обижать на детской площадке, в лучшем случае она ничего не предпримет, а в худшем скажет: «Сама виновата!»
Надя слушала золовку и была настолько поражена её историей, что согласилась держаться подальше от свекрови.
— Спасибо, что предупредила. Жаль, что тебе пришлось пройти через это.
— Мне тоже, — вздохнула Марина. — И я не хочу, чтобы моя племянница перестала доверять близким. Береги её!
Надежда кивнула и с благодарностью обняла Марину.
Об этом разговоре Ольга Сергеевна не узнала. Она так и не поняла, почему её отстраняют от воспитания внучки, почему сын был на стороне невестки, и почему Надя такая холодная. Женщина искала виноватых вокруг, но не в себе, искренне считая, что «просто дети стали непочтительными».
Иногда, когда мать особенно громко жаловалась, Марине хотелось выплеснуть правду наружу, но она знала, чем это закончится:
— Ты всё выдумываешь!
— Такого не было!
— Сама виновата!
— Только позоришь меня!
И тогда Марина продолжала молчать. Маму всё равно не исправить, а допустить ту же историю с любимой племянницей она не имела права.
