Истории из жизни
MAX ·
Дочь всё лето работала на даче родителей. Осенью брат увёз урожай, а мать потребовала с неё половину расходов за воду
Ольга открыла калитку и сначала увидела пустые грядки. Потом — прицеп возле машины брата.
В нём уже лежали мешки с картошкой, ящики с морковью и свёклой, две сетки лука. Павел как раз выносил из сарая банки с огурцами, а его жена заворачивала каждую в старую газету.
Ольга приехала со своими пустыми ящиками.
Весной мать обещала разделить всё поровну
Дача принадлежала родителям. Девять соток, небольшой дом, теплица и огород, который мать каждый апрель собиралась уменьшить, но почему-то снова засаживала целиком.
Ольге было тридцать девять. Она работала бухгалтером и жила в сорока километрах от дачи. Павел — в соседнем районе, примерно на десять километров ближе.
В мае мать сразу сказала:
— Картошку и овощи потом поделим между вами. Нам с отцом много не надо. Только помогите летом, мы вдвоём уже не справляемся.
Ольга согласилась. Павел тоже кивнул, хотя в тот день больше занимался мангалом, чем грядками.
Рассада плохо приживалась, несколько недель почти не было дождя. В товариществе поливную воду давали вечером по расписанию. Ольга после работы ехала наполнять бочки, открывала теплицу, подвязывала огурцы.
Обычно приезжала два раза в неделю. В самые жаркие дни — три. Иногда оставалась ночевать, но чаще возвращалась в город после десяти.
За лето набралось тридцать две поездки.
Павел появился четыре раза. Привозил детей за клубникой, однажды покосил траву у ворот, ещё раз приехал на день рождения отца.
Когда мать просила помочь с картошкой, он отвечал:
— У меня ремонт. Пусть Ольга польёт, она всё равно там бывает.
Ольга слышала это не раз. Спорить не стала. Думала, осенью хотя бы возьмёт овощи на зиму.
Брат приехал раньше
— А ты чего не позвонила? — спросил Павел, заметив сестру.
Он поставил банки в прицеп и натянул сверху ремень.
— Я за картошкой и морковью. Мама сказала, сегодня будем делить.
Мать сидела возле сарая и обрезала ботву у свёклы. Рядом стояли четыре наполненных мешка и шесть ящиков.
— Паша сразу всё увезёт, — сказала она. — У него погреб хороший. Потом попросишь, он даст.
Ольга не сразу ответила.
— Мам, ты весной говорила, что урожай разделим.
— Ну и разделите потом. Чего сейчас возле каждого мешка стоять?
Павел усмехнулся:
— Тебе одной много не надо. Ты картошку почти не ешь. А у нас дети.
Он говорил спокойно. Будто овощи выросли сами, пока вся семья была занята более важными делами.
Ольга посмотрела на отца. Тот сидел на ступеньке крыльца и перебирал чеснок.
— Она всё лето сюда ездила, — негромко сказал он.
Мать сразу нахмурилась:
— Не начинай. Паша тоже сын. Ему нужнее.
Ольга забрала с подоконника пять помидоров и небольшой пакет перца. Пустые ящики поставила обратно в багажник.
— Хорошо, — сказала она. — Участок ваш. Значит, и урожаем распоряжаетесь вы.
Павел уже закрывал прицеп.
— Вот и правильно. А если что понадобится, позвони.
Через неделю мать прислала расчёт
Сообщение пришло вечером.
Мать отправила фотографию расчётного листка из правления. За поливную воду по счётчику и обслуживание общего насоса за сезон получилось семь тысяч триста шестьдесят рублей.
Следом написала:
«Переведи 3680. Половина с тебя. Ты чаще всех водой пользовалась».
Ольга сначала решила, что неправильно поняла. Потом позвонила.
— Мам, почему половина с меня?
— Потому что ты всё лето была на даче. Поливала постоянно. Мы с отцом пенсионеры, нам такую сумму тяжело платить.
— Я поливала ваш огород.
— Не только наш. Урожай и для вас растили.
На кухонном столе лежали пять помидоров. Два уже начали портиться возле плодоножки.
— Мою часть урожая увёз Паша.
Мать заговорила громче:
— Он не чужой человек. Попросишь — поделится. Нельзя же из-за нескольких мешков с родными считать, кто кому сколько должен.
— Но половину счёта ты уже посчитала.
Мать замолчала.
Потом сказала, что никого не заставляет, просто просит помочь по-семейному.
