Истории из жизни
MAX ·
Он поверил соседке и ударил жену. Лишь через несколько дней узнал страшную правду
Когда Иван и Люба перебрались из деревни в город, им казалось, что впереди начинается совсем другая жизнь. Они долго копили деньги, отказывали себе во многом, брались за любую работу, лишь бы однажды открыть дверь собственной квартиры и понять, что всё было не зря. Старый пятиэтажный дом на тихой улице не выглядел особенно красивым, но для них он стал настоящей крепостью, в которой они мечтали прожить долгие годы.
Только крепостью эта квартира оказалась не для обоих.
Иван любил жену так сильно, что сам перестал различать, где заканчивается любовь и начинается мучительная ревность. В деревне это чувство тоже жило в нем, но там всё было привычным. Каждый сосед был знаком с детства, любой прохожий знал, кто кому приходится родственником, а чужие люди появлялись редко. Иван видел Любу рядом почти постоянно и успокаивал себя тем, что вокруг нет никого, кто смог бы обратить на нее внимание.
В городе всё изменилось.
Каждое утро Люба выходила из подъезда, и Ивану казалось, что десятки мужских взглядов тут же устремляются ей вслед. Он замечал то, чего, возможно, вовсе не существовало: случайную улыбку прохожего, слишком долгий взгляд продавца в магазине, приветствие соседа, который однажды придержал ей дверь.
Все это превращалось в его голове в доказательства того, что кто-то непременно хочет увести у него жену.
А Люба оставалась прежней. Высокая, статная, с густыми черными волосами, которые тяжелой волной ложились ей на плечи, она действительно привлекала внимание. В её лице было что-то необычное для деревенской женщины: тонкие черты, спокойный взгляд больших темных глаз, ровная осанка и удивительное достоинство, которое невозможно было сыграть. Даже после тяжелого рабочего дня она умела выглядеть так, будто усталость не имела над ней власти.
Однако сама Люба никогда не придавала своей внешности особого значения. Она привыкла жить просто, без кокетства и лишних слов. Мужа любила искренне и потому сначала относилась к его ревности снисходительно. Иногда даже улыбалась, когда он сердился из-за какого-нибудь пустяка.
— Опять кто-то на тебя смотрел, — однажды буркнул Иван, когда они возвращались домой.
Люба тихо рассмеялась и взяла его под руку.
— Ваня, люди глазами пользуются. Разве я могу запретить кому-то смотреть?
— Можно ведь и не улыбаться каждому встречному.
Она остановилась и внимательно посмотрела на мужа.
— А я улыбалась?
Иван задумался. Он уже не был уверен.
— Мне показалось…
— Вот именно, что показалось, — мягко ответила Люба. — Не выдумывай того, чего нет. —Он виновато отвел глаза и крепче сжал её ладонь.
Каждый раз после подобных разговоров Иван обещал самому себе больше не подозревать жену без причины. И каждый раз находилась новая причина.
Порой ему становилось страшно от собственных мыслей. Он понимал, что Люба никогда не давала ему повода сомневаться в себе. Она всегда возвращалась домой вовремя, рассказывала о работе, заботилась о нем так же, как и раньше. Но разум уступал место тревоге, которая медленно, день за днем, разрасталась внутри него.
Соседи успели заметить эту особенность нового жильца.
Особенно внимательно за жизнью молодых супругов наблюдали старушки, которые с раннего утра до позднего вечера сидели на лавочке возле подъезда. Казалось, они знали всё обо всех жильцах. Кто во сколько ушел, кто с кем поздоровался, кто купил новую мебель, а кто задержался после работы.
Главной среди них считалась Петровна. Невысокая, сухонькая женщина с цепким взглядом редко участвовала в общих разговорах, зато замечала каждую мелочь. Остальные пенсионерки невольно прислушивались к её словам, потому что Петровна всегда говорила уверенно, словно обладала истиной, недоступной другим.
Когда Иван проходил мимо лавочки, старушки непременно здоровались.
— Добрый вечер, Ванечка, — ласково говорила одна.
— Работяга ты наш, — добавляла другая.
