Истории из жизни
MAX ·
Мой муж оставил меня одну с нашими шестимесячными близнецами, а сам уехал в отпуск — когда он вернулся, он замер на пороге
Я думала, что усталость — это самое трудное в воспитании полугодовалых двойняшек, пока муж не выбрал отпуск вместо того, чтобы помочь мне. Пока он отдыхал с друзьями, я перестала его прикрывать, попросила о поддержке, которая была мне нужна, и приняла решение, которого он от меня совсем не ждал.
Брэндон замер в дверях, увидев, что его мать держит на руках Айви, моя сестра кормит Лайлу, а его сумка для ночёвки стоит у лестницы.
Улыбка, с которой он вернулся с рыбалки, исчезла с его лица.
На кухонном столе лежали скриншот его поста из отпуска, записи кормлений за четыре дня и банковская выписка, показывающая, во что обошёлся его «отдых».
Он посмотрел на Дон.
— Мам?
Она не ответила за меня.
Я указала на стул напротив своего.
— Заходи, Брэндон. Садись.
— Эми, что это такое?
— Это первый честный разговор с тех пор, как родились девочки.
Четырьмя днями ранее я стояла на этой же кухне, а Лайла кричала у меня на плече.
Айви плакала в шезлонге у стола. Кастрюля на плите чуть не выкипела досуха, а у раковины стояли четыре мутные бутылочки.
Брэндон вошёл, ослабил галстук и вздохнул.
— Я их слышал ещё с подъездной дорожки, Эми. Ты можешь с этим что-нибудь сделать?
— У них режутся зубки, — сказала я, покачивая Лайлу. — Я уже час пытаюсь их успокоить.
— Так каждый день. Я прихожу домой в надежде на покой.
Он перешагнул через корзину с чистым бельём.
— А вместо этого — плачущие дети, грязные бутылочки и жена с вечно измученным видом.
Я выключила плиту свободной рукой.
— Не мог бы ты помыть бутылочки? — спросила я. — Пожалуйста, Брэндон.
Он уставился на меня.
— Я только что пришёл.
— А я делаю это с пяти утра.
— Ты весь день дома, Эми.
Я посмотрела на него поверх головы Лайлы.
— То есть ухаживаю за двумя детьми.
— То есть я весь день работаю, а прихожу домой в этот хаос.
— А я работаю в этом хаосе с пяти утра.
Плач Айви стал громче.
Я шагнула к ней, но Лайла вцепилась обеими руками в мою футболку.
— Я не ела с самого завтрака, — сказала я. — Пожалуйста, помой четыре бутылочки, пока я их успокою.
— На сегодня с меня хватит.
Я чуть не рассмеялась.
Прошлой ночью я спала урывками по сорок минут. Лайла отказывалась лежать спокойно, а Айви трижды меняли подгузник до рассвета.
Я перехватила Лайлу повыше на плече.
— А мне «хватит» не бывает никогда, — сказала я. — Разница в том, что ты можешь остановиться.
Взгляд Брэндона метнулся к раковине.
— Я сказал, что устал.
— Почему из всего обязательно нужно устраивать ссору?
— Это не было ссорой, пока ты не решил, что помощь — это оскорбление.
Он потянулся к шкафу в прихожей, и тут я увидела зелёную спортивную сумку у двери.
Она была не наполовину собрана. Она была застёгнута.
— Почему тут твоя сумка?
Брэндон надел куртку.
— Я собирался тебе сказать. Саймон и Тео заедут за мной.
— На ужин?
— На рыбалку, Эми.
Я смотрела на мужа, отказываясь верить, что он серьёзно.
— Сегодня?
— Да.
— На сколько, Брэндон?
Он отвёл взгляд.
— Четыре дня.
Плач Лайлы перешёл в усталую икоту. Я гладила её по спине, пока Айви болтала ногами в шезлонге.
— Ты забронировал поездку на четыре дня и даже не упомянул об этом?
— Мне нужен перерыв, Эми.
— Мне тоже.
— Я работаю всю неделю. А ты можешь оставаться дома.
— И чем, по-твоему, я тут занимаюсь?
На улице просигналил клаксон. Брэндон посмотрел на телефон.
— Они уже здесь.
— Ты договорился, чтобы кто-нибудь мне помог? Твоя мама?
— Ты и раньше справлялась с девочками.
— Не одна четыре дня подряд!
— Это же младенцы. Покормить, переодеть, уложить.
— Тогда останься сегодня и покажи мне, как это просто.
Его челюсть напряглась.
— Я уже договорился.
— С ними. А со мной ты даже не поговорил.
— Потому что знал, что ты так отреагируешь.
— Как «так»? Как будто мне нужны две пары рук, когда обе кричат одновременно?
Он поднял сумку.
— Я сейчас не могу это обсуждать.
