Истории из жизни
MAX ·
Закончив разговор, Ирина долго сидела на кухне в полной тишине.
Теперь сомнений не осталось. Она точно понимала, что должна сделать.
Следующие две недели Ирина методично собирала подтверждения.
Несколько лет назад в поликлинике установили электронную систему учёта, которой большинство сотрудников пользовалось лишь формально. Однако программа сохраняла абсолютно всё: время ухода, изменения в графиках, отметки в табелях и электронные подписи руководителей.
Ирина выгрузила необходимые сведения, распечатала их и разложила документы по датам.
Стопка получилась внушительной.
Затем ей удалось найти страницу Оксаны в социальной сети.
Коллега регулярно публиковала снимки из кафе, салонов красоты, магазинов и спа-центров. Как многие люди, любившие внимание, она размещала фотографии почти сразу после покупки или процедуры.
И время публикаций удивительным образом совпадало с часами, когда Оксана якобы находилась рядом с ослабевшей матерью после лечения.
Ирина подготовила служебную записку.
К ней она приложила табели, подтверждение из стационара, данные электронной системы и снимки со страницы Оксаны.
Документы она отнесла непосредственно главному врачу, не став предварительно обращаться к Ларисе Павловне.
События начали развиваться очень быстро.
Через три дня Оксана буквально ворвалась в ординаторскую.
Её лицо покрылось красными и белыми пятнами, ноздри раздувались, а пальцы заметно дрожали.
— Ты! — взвизгнула она, резко указав на Ирину. — Это всё ты устроила! Ты всегда мне завидовала!
— О том, чем ты на самом деле занимаешься после раннего ухода, я узнала совсем недавно, — спокойно ответила Ирина. — А насчёт зависти можешь думать что угодно. Я не увлекаюсь бесконечными покупками и процедурами в салонах. У меня другие интересы. И ещё я действительно рада, что твоя мама здорова.
Ирина произнесла это совершенно искренне, без насмешки.
Однако Оксана ещё долго кричала, сыпала оскорблениями, бессмысленными угрозами и обвинениями.
Вскоре назначили официальное разбирательство.
Ирина сидела у стены, ровно положив ладони на колени. Напротив расположилась Оксана, а рядом с ней — Лариса Павловна.
Когда молодой сотруднице предложили объясниться, она глубоко вдохнула и произнесла:
— Разрешите мне всё рассказать.
— Для этого мы здесь и собрались, — сдержанно улыбнулся главный врач.
Оксана обвела присутствующих взглядом и начала:
— У моей мамы действительно есть заболевание. Его обнаружили немногим больше года назад, и лечение она проходила. Я уходила раньше только затем, чтобы забирать её после дневного стационара. После капельниц она, сами понимаете, не могла садиться за руль. А потом мы иногда…
— В каком именно учреждении лечилась ваша мать? — спокойно уточнил главный врач.
Оксана назвала место.
— Потом мы с ней иногда… Да, бывало, заходили в торговый центр, — неуверенно продолжила она. — А после могли посидеть в кафе.
— Сразу после стационара? — переспросил главный врач. — То есть после капельницы ваша мать отправлялась с вами по магазинам и в кафе?
Оксана поняла, что сама загнала себя в тупик, и растерянно замолчала.
Тогда главный врач открыл папку.
Сначала он вслух зачитал ответ из дневного стационара, а затем показал распечатку из электронной системы.
Лицо Оксаны побледнело и стало почти неподвижным.
— А табели кто утверждал? — спросил руководитель, повернувшись к Ларисе Павловне. — Чья подпись стоит на документах?
Заведующая прикусила губу.
Наблюдая за ней, Ирина мысленно усмехнулась.
«Ты всё прекрасно знала, — подумала она. — И сознательно закрывала глаза. Только ради чего? Из-за каких-нибудь подарков, косметики или коробки сладостей?»
— Она меня обманула, — наконец выговорила Лариса Павловна. — Я ничего не знала.
— На каждом табеле стоит ваша электронная подпись, — напомнил главный врач.
В кабинете стало настолько тихо, что все услышали шум проезжавшей за окном машины.
Лариса Павловна медленно опустила голову и едва заметно вздохнула.
Больше она не сказала ни слова.
