— А такого, дурья твоя башка… Беременная была Наташа-то, когда ты… сбежал. Только-только узнала. А уж как ты хвостом-то вильнул, так и не сказала тебе ничего. И я бы не сказала — живи как знаешь, да только тяжело ей сейчас. Зарплата-то не шибко там велика, да ещё няньке платить приходится, сама-то Наташа работает… А что ты ей на девчонок посылаешь, она не трогает, только вот мне за квартиру переводит. Так вот, Лёнчик. Думай теперь, что со всем этим делать.
Леонид, обхватив голову руками, молчал… Замолчала и Валентина Павловна… Потом мужчина поднялся, осипшим вдруг голосом произнёс: «Спасибо, тёть Валь», и вышел из квартиры.
Вернулся к себе. Прошёл в бывшую их с Наташей комнату, встал у окна… Засыпающий город светил ему тысячами огней… И в каждом Леониду виделся молчаливый укор.
Позже, проваливаясь в сон, мужчина подумал: «Только бы она простила меня… Только бы простила…»
