Раньше, приходя домой, я автоматически клала ключи от машины на полку в прихожей. Рядом с мелочью, фонариком и ключами Ильи. Это казалось удобным. Домашним. Безопасным.
Теперь я прошла мимо полки.
Илья заметил.
Он стоял у двери в домашней футболке и смотрел, как я достала из сумки связку, вошла в комнату и убрала её в закрытый ящик письменного стола. Там уже лежал пластиковый конверт с документами.
– Так теперь и будет? – спросил он.
– Да.
– Каждый раз?
– Каждый раз.
– А если мне понадобится машина?
– Спросишь заранее.
– А если ты откажешь?
– Значит, поедешь на проездном.
Он посмотрел на транспортную карту, которую сам же положил на кухонный стол. Потом перевёл взгляд на пустое место в прихожей.
Там, где раньше лежали мои ключи, теперь остались только фонарик, мелочь и его брелок от подъезда.
Маленькая полка вдруг стала честной.
На ней больше не лежало то, что Илья привык считать семейным только потому, что ему так удобно.
Я закрыла ящик стола. Без громкого щелчка. Без демонстрации. Просто закрыла.
Илья ничего не сказал.
А Борис Павлович больше не спрашивал, где лежат документы.
