Истории из жизни
MAX ·
Муж выгнал меня под дождь, но утром я отказалась отвечать за его контракт
Таисия поняла, что Роман злится на неё, ещё за столом у его матери.
Зинаида Семёновна поставила перед ней тарелку с пирогом и, не глядя в глаза, спросила, долго ли Таисия собирается «перебирать бумажки у мужа под боком» вместо нормальной работы. Кристина, сестра Романа, тут же подхватила: няни дорожают, ремонт дорожает, жить на одном мужском доходе неприлично.
— Тася помогает мне с накладными, — сказал Роман, не отрываясь от телефона. — Но чем-то серьёзным ей правда пора заняться.
На скатерти лежала ложка с засохшей каплей варенья. Таисия смотрела на неё и считала минуты до выхода. Раньше она пыталась объяснять, что сводит счета, пишет письма и собирает таблицы для клиентов. После этого Роман называл её неблагодарной, а его мать устало кивала.
В машине он молчал. Дворники стирали дождевые полосы, фары выхватывали мокрую обочину. Таисия держала сумку на коленях. В сумке были ключи, кошелёк, зонт и зарядка.
— Ты специально выставила меня посмешищем? — спросил Роман наконец.
— Я почти ничего не сказала.
— Вот именно. Мама спрашивает, Кристина пытается разговаривать, а ты сидишь с лицом, будто тебя держат в заложниках.
— Мне было неприятно.
— Тебе всегда неприятно, когда речь о семье.
Таисия сжала ремешок сумки. Дом был уже недалеко, но Роман свернул на пустую дорогу вдоль складов. За окном потянулось поле.
— Я просила только одного, — сказала она. — Не позволять им говорить со мной так.
Роман резко остановился на широкой обочине.
— Моя мать сказала правду. Ты живёшь в моей квартире, пользуешься моими деньгами и ещё ждёшь благодарности.
— Я каждый вечер веду твои счета.
— По моей просьбе.
— И бесплатно.
Он повернулся к ней. На секунду на лице появилась усталость, почти обида. Раньше Таисия принимала это за боль и замолкала. Роман боялся развала: отец оставил семье долги, мать вытаскивала всё одна. Теперь Роман держал в кулаке деньги, график, друзей, её ответы за столом.
— Завтра у меня встреча, — сказал он тише. — Контракт с распределительными центрами. Я месяцами к нему шёл. А ты не смогла один вечер улыбаться.
— Эти таблицы я сводила до двух ночи.
Он усмехнулся.
— Опять считаешь, кто кому должен.
— Нет. Я хочу, чтобы ты перестал называть мою работу пустяком, когда тебе удобно.
Роман наклонился, нажал кнопку разблокировки и распахнул её дверь со своей стороны.
— Выйди. Пройдёшься, остынешь.
Сначала она решила, что он просто пугает. Потом увидела, как он вынул из её сумки зарядку и положил в бардачок.
— Рома, телефон почти сел.
— Значит, вызовешь машину на заправке. Километров шесть.
— Ты серьёзно?
— Ты же у нас самостоятельная.
Она ещё несколько секунд сидела, слушая стук дождя по крыше. Ждала, что он вернёт зарядку, скажет: «Хватит, садись нормально». Он смотрел прямо перед собой.
Таисия вышла.
Машина тронулась сразу. Красные огни задних фар растворились за поворотом, и дорога стала пустой.
Дождь пробрался под воротник за минуту. Капюшон не спасал, вода текла по ресницам. Таисия пошла к свету, который угадывался впереди, и считала столбы, чтобы не смотреть в темноту по сторонам. На восьмом столбе телефон погас.
Через несколько минут рядом притормозил серый хэтчбек. За рулём сидела женщина с короткими седыми волосами. Она опустила стекло:
— Помощь нужна?
— Нет, спасибо. Я дойду.
Женщина посмотрела на её руки, потом на тёмную дорогу.
— До заправки далеко. Садитесь. Там решите, куда дальше.
Таисия едва не отказалась. Но женщина уже открыла пассажирскую дверь и убрала с сиденья папку.
— Я Лидия. Лишнего не спрашиваю.
В салоне было тепло. Лидия включила обогрев, достала из-под сиденья маленькое полотенце и бумажный стакан с чаем. Таисия держала его обеими ладонями, пока пальцы не перестали дрожать.
— Муж оставил? — спросила Лидия, когда машина снова вышла на трассу.
Таисия кивнула.
— Мы поссорились.
— Ссора — это когда двое стоят в одном месте. А вас высадили ночью под дождём.
