Истории из жизни
MAX ·
Бывшая свекровь случайно узнала, как я живу после развода. Она не ожидала, что я окажусь счастливее её сына
Касса самообслуживания пищала раздражающе долго. Лена отсканировала банку оливок и потянулась к терминалу. Сзади кто-то выругался.
— Куда тут нажимать, чёрт возьми?
Лена обернулась и замерла. Галина Петровна стояла у соседней кассы, растерянно тыкая в экран. Седые волосы небрежно заколоты, потертая куртка, дешевая сумка в руках. Та самая женщина, которая три года назад называла её плохой женой.
Две минуты молчания. Галина Петровна первой узнала её.
— Лена? — голос дрогнул. — Неужели ты?
— Здравствуйте, Галина Петровна.
Лена спокойно закончила расчет. Новое пальто приятно облегало фигуру, сумочка из натуральной кожи лежала на тележке рядом с продуктами, которые она покупала не считая деньги.
Бывшая свекровь оглядывала её — аккуратный маникюр, отдохнувшее лицо, никаких следов той замученной женщины, которая два года назад уходила из их семьи с одной сумкой.
— Помочь? — кивнула на терминал.
Галина Петровна отступила. Лена быстро оплатила её скромные покупки — хлеб, молоко, самые дешевые сосиски. Раньше бы не обратила внимания, теперь автоматически сравнила с содержимым своей тележки.
— Спасибо, — пробормотала Галина Петровна. — Раньше Андрей помогал с этими штуками, а теперь…
Осеклась, покраснела.
Вышли одновременно. Лена направилась к новенькой машине. Галина Петровна остановилась у остановки, оглянулась на неё.
— Сама купила? — кивнула на авто.
— Сама. Работаю копирайтером, на дому.
— Хорошо, наверное? Дома сидеть?
— Очень хорошо. Никто не командует.
Последние слова прозвучали с легким нажимом. Галина Петровна поняла намек, отвела взгляд.
Автобус не ехал. Стояли молча, изредка переглядываясь. Лена укладывала сумки в багажник не торопясь. Раньше всегда суетилась, торопилась домой — готовить ужин, стирать, убирать. Теперь некуда торопиться. И это прекрасно.
— Как дела? — наконец спросила Галина Петровна.
— Хорошо. А у вас как?
Вопрос повис в воздухе. Галина Петровна смотрела в асфальт, сжимая ручки сумки.
— У меня… сложно сейчас.
— Андрей как?
Голос без интереса. Галина Петровна вздрогнула, словно от удара.
— Он… вернулся домой. После вашего развода. Думала — временно, пока работу найдет.
— А оказалось?
— Привел девушку. Говорит — жена теперь.
— Документов никаких нет, — торопливо добавила. — Живут вместе, но ничего официального.
Лена кивнула. Переполненный автобус проехал мимо.
— Садитесь, подвезу.
— Не стоит беспокоиться…
— Садитесь.
В машине пахло новым салоном и легкими духами. Галина Петровна осторожно устроилась на кожаном сиденье, оглядываясь по сторонам.
— Садовая, дом семнадцать, — сказала тихо.
Лена кивнула. Квартира, где она три года мыла полы по выходным, готовила борщи для всей семьи, молчала под упреки свекрови о том, что «хорошие жены мужей не расстраивают».
— По-прежнему там живете?
— Теперь нас там четверо, — в голосе Галины Петровны прозвучала горечь. — Она переставила всю мебель, выбросила мои цветы. Пыль собирают, говорит.
Светофор. Лена повернулась к пассажирке.
— И терпите?
— А что делать? Сын он мой.
— Взрослый сын.
— Все равно мой, — Галина Петровна сжала губы. — Хотя… она теперь командует. Даже чай без спроса не завариваю в собственной квартире.
Машина тронулась. Лена смотрела прямо перед собой, но слушала внимательно.
— А он что? Работает?
— Потерял место через месяц после того, как привел её. Начальник придирался, говорит. Сидит теперь дома, в телефоне играет. А она с меня деньги требует — на продукты, на коммунальные услуги.
— И даете?
— Пенсия копеечная, но что делать? Выгонять их на улицу?
Лена промолчала. Помнила, как эта женщина учила её «не выносить сор из избы» и «поддерживать мужа в трудную минуту».
— Знаете, что самое обидное? — продолжала Галина Петровна, словно прорвало. — Она молодая, красивая. Думала, изменится ради неё, работать начнет, себя в руки возьмет. А он тот же. Лежит на диване, требует, чтобы его обслуживали.
