Истории из жизни
MAX ·
Все они слушали сводки Совинформбюро, и Лидия боялась даже думать, при каких обстоятельствах это произошло. Но она продолжала ждать и верить, что он жив. Она ни разу не надела черный платок и гнала от себя мысли о вдовьей доле. Однако с каждым днем надежда таяла, как апрельский снег.
Когда в 1945-м отгремел салют Победы, уцелевшие мужчины began по одному возвращаться в село. Многие — покалеченные, израненные, но живые. Лидия молилась, чтобы и ее муж вернулся. Хоть какой, но живой. Прошло лето, отзвенела осень, замела зима — его все не было. Даже родители смирились с потерей сына, а она все ждала.
К весне она поняла — все кончено. Нет его. Значит, не «без вести пропал», а лежит где-то в сырой земле, в братской могиле без имени.
Выйдя на зов председателя, Лидия сначала не разглядела мужчину, стоявшего рядом. Он был молод, на вид чуть старше ее, но его волосы были совершенно седыми. Взглянув в его лицо, она внутренне вздрогнула — что же должен был пережить человек, чтобы в такие годы стать седым?
Договорившись о постояльце, она ввела его в дом и усадила за стол, предложив миску горячих щей.
— Очень вкусно. Прямо как моя мама варила, — похвалил он.
— На здоровье. Надолго к нам?
Лидия знала, что молодых специалистов часто направляли на пару лет, а потом они уезжали обратно в город или в более крупные хозяйства. В их глухом поселке редко кто задерживался надолго.
— Навсегда, — последовал неожиданный ответ.
— Вот как? А вы откуда сами?
— Из-под Москвы.
— И что же вас в наши края занесло? — удивилась она.
— Как-нибудь в другой раз расскажу. А сейчас, покажите, пожалуйста, где мне можно разместиться.
— Дальнюю комнату занимайте, я в другой сплю. Встаю я рано, к утренней дойке.
— Я тоже привык вставать на заре. Лидия… Как по отчеству?
— Семеновна, но можно просто по имени. Мы тут все друг друга по именам зовем, без всяких товарищей.
— Хорошо, Лидия. Вы не беспокойтесь, я обузой не стану. Если что по хозяйству нужно будет помочь, только скажите.
— Я не из стеснительных. Давайте так: я готовлю, стираю, убираю, а вы воду носите, дрова для бани, а потом и на зиму, для печи, заготавливайте.
— Договорились. Еще раз спасибо за обед.
Виктор поднялся и прошел в свою комнату, чтобы разложить нехитрый скарб и немного отдохнуть с дороги. Усталость валила с ног.
А на следующий день, едва Лидия появилась на ферме, женщины тут же принялись подтрунивать над ней, уверяя, что сам председатель подыскал ей нового мужа.
— Он просто мой жилец, дом снимает. Не несите чепухи! — огрызалась она.
— Ну-ну, конечно, — звенели в ответ насмешливые голоса.
— Да отстаньте вы, — отмахивалась Лидия. — Как только другое жилье освободится, председатель его сразу же отселит.
Но председатель словно забыл о своем обещании, и Виктор продолжал жить в доме Лидии. Они стали друзьями, хотя свекор и ворчал по этому поводу. Зато свекровь оказалась женщиной мудрой и успокаивала супруга:
— Ну что ты, старый, ворчишь? Гришкиных вестей нет уже три года. Жив ли наш мальчик, одному Богу известно. А Лидка — женщина молодая, ей детей рожать, жизнь продолжать. Может, это судьба такая, с агрономом.
— Все понимаю… а все равно не по себе, — хмурился старик.
К Виктору он относился с холодной вежливостью, хотя и не мог не признать, что парень он работящий и в селе его все уважали.
Под Новый год, растопив печь, Лидия замесила тесто и принялась печь пирог. Теперь у нее был человек, для которого готовить — одно удовольствие, о ком заботиться. Жили они небогато, но Виктор как специалист получал хороший оклад, да еще и фронтовые выплаты ему шли, так что с пропитанием проблем не было. На ее день рождения он и вовсе подарил ей новое платье. Сегодня он уехал в город по делам. Лидия хлопотала по дому, наводила чистоту. Подружки звали встречать праздник вместе, но она отказалась — все они были с семьями, а она чувствовала бы себя лишней. Свекры тоже приглашали, но Лидия знала, как свекор относится к ее жильцу и что он думает об их отношениях. Разубеждать его было бесполезно.
